История Древней Греции

Эллинизм

1. Монархия Александра Македонского

1. Смерть Филиппа. Выступление Александра

Коринфский конгресс положил начало новому этапу в истории эллинизации (подчинения греческому влиянию) Востока. Неорганизованный колонизационный поток с этого времени превратился в организованное движение с захватническими целями, возглавляемое македонским царем. Инициаторами похода за богатствами Востока выступили военные и торговые элементы Македонии и Греции.

Энергичные приготовления к походу были прерваны неожиданной смертью Филиппа, который был убит на свадьбе своей дочери. В убийстве Филиппа, возможно, определенную роль сыграли мотивы личного характера — месть разведенной жены Филиппа Олимпиады (матери Александра), но оно прежде всего было политическим актом, заговором македонской аристократии, недовольной абсолютистской политикой Филиппа. Не лишена правдоподобия и версия о том, что в заговоре принимали участие персы и что персидский царь подослал убийцу, сразившего организатора предполагаемого похода на Персию.
Внезапная смерть Филиппа произвела ошеломляющее впечатление на современников. Многие представители старой македонской знати были против передачи престола сыну Филиппа Александру. Однако победила другая придворная группировка, добившаяся поддержки Александра большей частью войск. В 336 г. он был провозглашен царем.

Александру в то время было 20 лет. Наделенный от природы незаурядными способностями, он получил разностороннее образование под руководством Аристотеля. Любимым писателем Александра был Гомер, любимым героем — Ахилл. Бесспорно, Александр был одним из самых крупных и талантливых полководцев античной эпохи. Еще в древности личность Александра была крайне идеализирована. Идеализируется она и сейчас буржуазной историографией, особенно в трудах ее наиболее реакционных представителей.

Александр вступил на престол в очень напряженное время. В подвластных Македонии областях начались волнения, одна область отпадала за другой.

Во многих городах активизировались противники Македонии. В Афинах снова приобрел влияние Демосфен, который в праздничном платье и с венком на голове принес богам благодарственную жертву за избавление греков от тирании Филиппа. Но до того как оппозиция успела организовать сопротивление, Александр появился в Греции, восстановил союз с Фессалией, предложил амфиктионам утвердить себя в качестве командующего войском в войне с персами и возобновил в Коринфе договор, заключенный Филиппом. После этого он направился на север македонского государства и вступил в борьбу с фракийцами, угрожавшими македонским границам. В его отсутствие в Греции снова приобрели влияние противники македонского владычества. Материальную поддержку им оказывала персидская дипломатия. Прошел слух о гибели Александра, что содействовало ускорению восстания. Против Македонии поднялись Фивы, восстали некоторые пелопоннесские города; в Афинах шла подготовка к войне.

Когда Александру стало известно о событиях в Греции, он (уже закончив войну во Фракии) быстрым маршем направился туда и, вопреки ожиданиям, дошел до Фив в течение 14 дней. Город был взят приступом и разрушен. Александр пощадил лишь храмы и дом поэта Пиндара, поклонником которого он был. Афинянам было предъявлено требование о выдаче Демосфена и других видных представителей антимакедонской партии. Лишь посредничество афинских сторонников Александра побудило последнего отказаться от этого требования.

Осенью 335 г. и зимой 335/334 г. Александр спешно готовился к походу на Персию, надеясь захватить персидского царя врасплох и опасаясь блокады берегов Греции и Македонии персидским флотом, господствовавшим в Эгейском море.

По преданию, перед началом похода Александр раздал друзьям все свои поместья, рабов и скот. На вопрос одного из своих спутников, что же остается теперь у него самого, Александр ответил: «Надежда». В казне Александра к моменту отправления в поход было только 70 талантов, в то время как для содержания армии, по самым скромным подсчетам, требовалось не менее 300 талантов в месяц. Основное ядро армии Александра составляла тяжелая и легкая пехота македонян. Пехота координировалась с кавалерией, состоящей из македонян и фессалийцев. К этому основному ядру примыкали контингенты союзников из греческих городов и ополчения из подвластных Македонии племен — одрисов, иллирийцев, трибаллов и других.

Флот в походе Александра вначале существенной роли не играл.

Момент для начала войны был выбран как нельзя более подходящий. В Персии тогда правил Дарий III Кодоман (336—330 гг.), человек малоинициативный. Держава Ахеменидов переживала в это время глубокий внутренний кризис и находилась накануне распада. Западные области—Малая Азия, Финикия и Египет, втянутые в средиземно­морскую торговлю и связанные с греческими городами, тяготились зависимостью от Персии и готовы были примкнуть к грекам. На македонян они смотрели как на избавителей от персидского гнета. В восточных же провинциях положение было более устойчивым, что и обнаружилось во время войны. В техническом оснащении персидские войска уступали войску Александра.

Персидские воины-крестьяне, набранные принудительно, воевали неохотно, убегали с поля сражения, военная дисциплина была расшатана. Каждый сатрап действовал на свой риск и страх. Наиболее сильной частью персидской армии были греческие наемники, которыми командовал грек Мемнон.

Напротив, македонская армия была тщательно подготовлена к войне с Персией. Таким образом, хотя численность войск Александра была значительно меньше, боеспособность их была несравненно выше.

2. Походы Александра. Образование мировой державы

Итак, весной 334 г. Александр, оставив часть своих войск в Македонии под командой испытанного в боях Антипатра, чтобы предотвратить возможные восстания в тылу, двинулся в Азию. У него было около 30 тысяч пеших воинов и около 4500 всадников. Переправа через Геллеспонт прошла без осложнений, так как македоняне заблаговременно создали себе плацдарм на азиатском берегу. В Малой Азии в это время находились только войска сатрапов Лидии, Каппадокии и Фригии. Вместе с греческими наемниками персидские силы, находившиеся в Малой Азии и двинувшиеся навстречу Александру, не превышали 40 тысяч. Не сумев помешать переправе македонян в Азию, персы заняли выгодную позицию на высоком берегу впадающей в Пропонтиду реки Граник. Здесь в 334 г. и произошло первое сражение между македонянами и персами. Войска Александра форсировали реку, атаковали и по частям разбили растянутые вдоль берега силы персов. Наиболее упорное сопротивление оказали войскам Александра греческие наемники, но они были окружены его войсками, частью перебиты, а частью (около двух тысяч человек) взяты в плен, превращены в рабов и отправлены в Македонию на тяжелые работы как изменники общегреческому делу—борьбе против Персии. После битвы при Гранике Александр двинулся к Сардам, которые сдались без боя. Персидские сатрапии Фригия и Лидия были теперь в руках Александра. Большинство греческих городов не оказало Александру сопротивления. Лишь в Милете и Галикарнасе Александру пришлось вступить в сражение с греческими наемниками.

Греческие города объявлялись свободными и независимыми. Благодаря этому большинство эллинского населения, тяготившегося персидским владычеством, переходило на сторону Александра. Все это не могло не встревожить персидское правительство. Дарий III, набрав большую армию, включавшую и «бессмертных» — гвардию персидского царя, возглавил ее и повел навстречу Александру. По сведениям греческих историков, эта армия превышала 600 тысяч человек, но данные эти, несомненно, преувеличены.

После взятия Галикарнаса Александр покорил внутренние области Малой Азии, перевалил через горный хребет Тавр и занял Тарс, где ему пришлось задержаться из-за болезни. Из Тарса Александр двинулся со своим войском вдоль берега по направлению к Сирии. Осенью 339 г. Дарий с его огромным войском расположился в устье реки Пинара у города Исса. Узнав об этом, находившиеся южнее Иссы войска Александра вынуждены были вернуться назад, чтобы не оставлять в своем тылу большие силы противника. Вскоре произошла битва. Стремительная атака македонян во главе с Александром заставила дрогнуть левый фланг и центр персидской армии, где сражался Дарий. Ему пришлось спасаться бегством, и это повлияло на исход сражения. На другом фланге македонян в начале сражения теснили греческие наемники Дария и персидская конница. Подкрепление, посланное туда Александром, и слух о том, что персидский царь бежал, решили исход боя. Персидское войско поспешно отступило. В руки Александра попала огромная добыча и лагерь Дария; в плену оказались мать, жена и дети персидского царя.

Дарий отступил за Евфрат, а Александр двинулся в Финикию и занял города финикийского побережья (Арад, Библ, Сидон). Большая часть прибрежных городов, к тому времени уже сильно эллинизированных, перешла на сторону Александра.

Единственным из финикийских городов, оказавших сопротивление Александру, был город Тир, задержавший движение македонской армии и флота на долгое время. Лишь после семимесячной осады, в 332 г., город был взят с суши и с моря и жестоко разгромлен; восемь тысяч тирийцев погибло при взятии города и многие были проданы в рабство. После падения Тира Дарий III пытался вступить в переговоры с Александром о мире, предлагая ему всю уже занятую Александром территорию. Однако мирные предложения персов были отвергнуты Александром, и он продолжал поход. После захвата Тира Александр направился к Египту, который подчинился ему без всякого сопротивления. Влиятельное египетское жречество и широкие слои населения давно уже тяготились властью персов и неоднократно восставали против них. В Египте Александр посетил оазис Сива, в котором находился храм Амона. Александр принес жертвы богу Амону и этим расположил к себе жрецов храма. Тут же жрецы провозгласили его сыном бога Амона и законным наследником древних фараонов.

Одним из важнейших мероприятий Александра в Египте было основание города Александрии (332 г.), ставшей в дальнейшем крупнейшим экономическим и культурным центром.

Весной 331 г. македонская армия вышла из Египта и через Палестину и Сирию направилась в Месопотамию и Вавилон.

1 октября 331 г. вблизи развалин столицы Ассирии Ниневии у деревни Гавгамелы произошло сражение, решившее судьбу персидской державы. Численное превосходство в этой битве также было на стороне персов. За полтора года Дарий, располагая огромными людскими резервами, сумел набрать еще одну большую армию. Но и армия Александра за время пребывания в Египте получила подкрепление. Однако численность его войск продолжала значительно уступать численности персидской армии.

Битва при Гавгамелах была одним из самых крупных сражений древности. Многочисленная конница Дария успешно атаковала и потеснила левый фланг македонских войск. Но ответным ударом по центру боевой линии врага Александр быстро исправил положение. Персы не выдержали атаки гетейров и македонской фаланги, боевые порядки их были расстроены, и они обратились в бегство. Преследуя врага, войска Александра овладели огромным обозом и лагерем персов. В биографии Александра Плутарх так описывает заключительный этап этой битвы: «Александр погнал разбитые войска к центру, где стоял Дарий. Он увидел его издали, в глубине выстроившихся впереди царских эскадронов. То был красивый и рослый мужчина, стоявший на высокой колеснице, его окружало множество всадников в блестящем вооружении, плотными рядами выстроившихся вокруг колесницы и готовых дать отпор неприятелю. Напав на них вблизи, Александр вызвал ужас. Он опрокинул беглецов на тех, которые оставались еще в рядах. В испуге большинство обратилось в бегство. Но самые храбрые и знатные из них, убиваемые на глазах царя и падавшие друг на друга, мешали преследованию».

После поражения персов при Гавгамелах сопротивление их было окончательно сломлено. Дарий уже не смог набрать новые силы для продолжения борьбы и бежал. Войска Александра продолжали продвижение на восток и, не встречая сопротивления, вступили в главные центры державы Ахеменидов — Вавилон и Сузы. Наконец был захвачен Персеполь. Здесь в руки победителей попала казна персидских царей, насчитывавшая 120 тысяч талантов. Для вывоза такого количества сокровищ потребовалась тысяча пар мулов и три тысячи верблюдов. В 330 г. македонские войска, разграбив и предав пламени царский дворец, покинули Персеполь и направились на северо-запад, в Экбатану в Мидии. Из Экбатаны, преследуя Дария, Александр форсированным маршем через Каспийские ворота прошел в Парфию и Бактрию, преодолев труднопроходимые горные районы и безводные пустыни. Несмотря на все усилия, Александру не удалось захватить в плен Дария. Дарий оказался в руках заговорщиков во главе с бактрийским сатрапом Бессом. Когда Александр почти настиг Дария, заговорщики убили его, провозгласив царем Персии Бесса под именем Артаксеркса IV. Александр упорно преследовал Бесса. Бесс был захвачен телохранителем Александра Птолемеем Лагом. На съезде видных бактрийских аристократов Александр сам выступил с обвинением против Бесса, поднявшего руку на Дария, своего государя и повелителя, родственника и благодетеля. Съезд приговорил Бесса к мучительной казни, которая и была приведена в исполнение в Экбатане.

Со смертью Дария прекращалась династия Ахеменидов. Фактическим наследником персидского престола становился македонский царь, женившийся на дочери Дария. Македония и Персия сливались в единое царство, и Александр был провозглашен «великим царем», законным наследником Ахеменидов. Это прежде всего почувствовали македонские гетейры, из царских друзей и спутников низводившиеся до положения слуг царя. Одновременно в царской свите усиливалось влияние персидских сатрапов, перешедших на сторону Александра и насаждавших при македонском дворе восточные обычаи, унизительные для свободолюбивой македонской знати.

Этим можно объяснить начавшиеся между Александром и его гетейрами разногласия, выливавшиеся в форму заговоров. В то время как царь настаивал на продолжении похода на Восток, старая македонская знать выступала против этого, а также требовала удаления персов из царской свиты. Александр на это не соглашался. Первым проявлением греко-македонской оппозиции был заговор 330 г., стоивший жизни Пармениону и его сыну Филоте. В 328 г. на одной царской пирушке Александр в гневе убил своего ближайшего друга Клита, спасшего ему жизнь при Гранике. Клит порицал царя за его дружбу с персами.

Между тем завоевание восточных областей продолжалось. Из Бактрии Александр двинулся в Согдиану, перешел Оке (Аму-Дарья) и через Мараканду (на месте современного Самарканда) взял курс на северо-восток в направлении реки Яксарт (Сыр-Дарья). По Яксарту на огромных пространствах жили племена, по-видимому, скифского происхождения, постоянно тревожив­шие персидские границы. Александру удалось достигнуть севе­ро-восточной области персидского царства, где на реке Яксарт он основал самую северную из своих крепостей Александрию Крайнюю (на месте нынешнего Ленинабада). В это время в тылу у македонян в покоренных уже областях Согдианы началось большое восстание, в котором приняли участие местные племена массагетов, согдийцев, саков и другие. Одним из главных вождей движения против македонских завоевателей был согдиец Спитамен, помогавший до того Бессу. Гарнизоны, оставленные Александром в небольших крепостях и городах, были перебиты восставшими.

Спитамен проявил исключительную энергию и храбрость. Он осадил значительный гарнизон Александра в Мараканде. При приближении отряда, посланного Александром на помощь осажденным, он сделал вид, что вынужден отступить, устроил засаду и уничтожил весь преследовавший его македонский огряд. После этого Спитамен снова осадил Мараканду и продолжал осаду вплоть до прибытия туда самого Александра, а затем удалился в пустынные районы страны, где был поддержан массагетами. Александр сурово расправился с восставшими согдийцами, несколько тысяч которых было предано смертной казни.

Зиму 329/328 г. Александр провел в Бактрии. В это время согдийцы начали собираться в горных аулах и готовиться к новому восстанию. Весной 328 г. Александр снова появился в Мараканде и повел наступление на отпавшие районы, покорил их, а затем отправил специальный отряд под командованием правителя Согдианы против Спитамена. Спитамен потерпел поражение, согдийцы и бактры оставили его, а вожди массагетов отрубили ему голову и послали ее Александру.

Сопротивление местного населения задержало Александра в Средней Азии на два года. Он создал в Согдиане зависимое от него царство и, обезопасив другие области завоеванного им царства от нападений кочевников, мог продолжать свои завоевания. От походов на север Александр отказался, а западные (европейские) скифы сами прислали к Александру послов, чтобы заключить с ним союз и дружбу.

Таким образом, в течение трех лет (330—327) македоняне завоевали восточные области бывшего персидского царства и подошли к границам Индии. Завоевание восточных сатрапий (Арианы, Дрангианы, Арахозии, Бактрии и Согдианы) потребовало больших усилий и стоило Александру чрезвычайно дорого. Положение в восточных сатрапиях было совершенно иное, чем в западных. В Малой Азии, Финикии и Египте на македонян смотрели как на избавителей от персидского гнета, а на Востоке их ненавидели как грабителей и мародеров. Этим объясняются частые восстания покоренных племен (массагетов, саков и других), жестоко подавлявшиеся Александром. Для борьбы с восставшими племенами и охраны завоеванных областей возводились крепости (Александрия Ариана, Александрия Кавказская, Александрия Крайняя и другие).

Самой восточной границей персидской монархии была река Инд. Здесь начиналась уже собственно Индия, владения индийских царей (раджей), постоянно враждовавших друг с другом. Этим и воспользовался Александр, предприняв поход на Индию.

Весной 327 г. македонская армия, пополненная местными жителями, вступила на территорию Инда, достигнув владений царя Пора, расположенных по реке Гидаспу, притоку Инда. Посланцы Александра передали Пору требование македонского царя прибыть к нему с выражением покорности. Пор ответил отказом. После этого македонская армия, предводительствуемая царем и его полководцами, двинулась к Гидаспу. В ожесточенной битве Пор был разбит, потерял много людей, слонов и боевого снаряжения. По преданию, македоняне захватили в этой битве 70 тысяч пленных.

В своем движении на Восток македоняне дошли до реки Гифасиса. Продолжать дальнейшее движение в глубь Индии было невозможно: наступал сезон тропических ливней, разлились реки, и местность, по которой следовала армия, кишела ядовитыми змеями. Армия начала разлагаться, ее численность сильно сократилась. В войске свирепствовали заразные болезни. «Завоеватели вселенной» были одеты в лохмотья, разуты и, главное, переутомлены до предела. Античные историки, описывавшие индийский поход Александра (Арриан, Курций Руф, Диодор и другие), донесли до нас яркие описания похода и состояния македонской армии. «Лишь немного македонян,— читаем, например, у одного из них,— осталось в живых, и все еще не видно было конца войны. Копыта лошадей стерлись от далеких переходов, бесчисленные сражения притупили оружие воинов. Греческое платье ни у кого не сохранилось; лохмотья варварской и индийской одежды, кое-как скрепленные друг с другом, прикрывали покрытые шрамами тела завоевателей. Уже 70 дней с неба лили страшнейшие дожди, сопровождаемые вихрями и бурями».

Александр прилагал все усилия, чтобы убедить солдат продолжать поход, обещая после покорения всего мира привести их обратно в Македонию. Однако, несмотря ни на какие обещания, войско требовало прекратить поход. Александр лишь добился того, что возвращаться в Вавилон армия должна была новым путем по южным областям персидской державы. Войско было посажено на корабли и отправлено вниз по течению Инда. Поход возглавлял Неарх, отважный человек, по складу характера похожий на Александра.

После девятимесячного путешествия войско, наконец, прибыло в устье Инда. Здесь после торжественного жертвоприношения и пира армия разделилась. Одна часть под начальством Неарха отправилась морем в устье Евфрата, а другая во главе с Александром — через пустыню Гедрозию (современный Белуджистан), Карманию и Перейду в Вавилон. Путь через пустынную и дикую Гедрозию был обусловлен необходимостью поддерживать связь с флотилией Неарха и обеспечивать ее пищей и водой.

Переход по пустыне был очень трудным. Македонская армия к тому времени окончательно разложилась. Воины страдали от недостатка воды, голода, непривычного климата, всевозможных болезней, укусов змей, нападений врагов и диких зверей и т. п. Лошади и вьючные животные падали от жары и переутомления. Из-за жары идти приходилось ночью. Горы помешали армии Александра продвигаться вдоль берега моря. Связь с флотом была потеряна. Проводники сбились с пути, и одно время казалось, что Александру и его армии угрожает гибель в песках пустыни. Но в конце концов на третий месяц пути македонское войско дошло до Персидского залива. Здесь к Александру присоединился флот, который после 80 дней изнурительного морского похода, потеряв четыре корабля, также прибыл в Персидский залив. По случаю благополучного воссоединения армии с флотом, чтобы поднять дух воинов, были устроены торжественные празднества. Плутарх так описывает возвращение объединившегося македонского войска через Карманию: «Здесь нельзя было увидеть ни щита, ни шлема, ни сариссы (копья). Всю дорогу солдаты черпали вино из больших бочек бокалами и коринфскими кубками и пили один за здоровье другого. Одни продолжали идти вперед, другие падали наземь. Везде раздавались звуки дудок и флейт, пение и игра на арфе и виднелись пьяные женщины. В этой бесшабашной странствующей процессии можно было встретить все вольности вакханалий. Казалось, что сам Дионис участвует в этой процессии и сопровождает ее»

В 325 г. десятилетний поход был окончен. Александр прибыл в Вавилон. Теперь перед ним стояла гигантская задача приведения в порядок и организации находившихся под его властью земель, стран и народов.

По своим размерам царство Александра было гораздо больше персидской державы, поскольку в него входили Греция и вновь покоренные восточные области, включая часть Индии. Столицей нового царства стал один из древнейших городов античного мира — Вавилон, находившийся в центре новой державы. Политическая организация империи Александра внешне была такой же, как и при Ахеменидах. Сохранено было не только деление на сатрапии, но даже и старые чиновники, управлявшие сатрапиями.

Характер производственных отношений в целом мало изменился, но производительные силы стали развиваться более быстрыми темпами. В македонский, а особенно послемакедонский (эллинистический) период торговый капитал и рабовладение проникли в страны, где до тех пор господствовало натуральное хозяйство. По пути следования македонских войск, в узловых пунктах караванных дорог возникали новые города—Александрии; некоторые из них существуют и до нашего времени. Население вновь основанных городов составляли не только военные гарнизоны, но и купцы, и ремесленники; кроме греков, в них жили представители других народностей. Торговля и ремесла получи­ли новый толчок для своего развития. Количество находившихся в обращении денег значительно увеличилось, так как в обращение было введено золото и серебро, долгое время мертвым грузом лежавшее в царских сокровищницах. Колонисты из старых греческих полисов устремились в новые центры торговли и ремесла. Походы Александра в известной степени способствовали преодолению того кризиса, который переживали греческие города в IV в.

Важную роль сыграли походы Александра также в развитии культуры. Они расширили горизонты старых полисов и обогатили науку и искусство новым материалом.

Поход Александра был не только военным походом, но и хорошо организованной научной экспедицией. Находившиеся там ученые, да и некоторые сподвижники царя (Птолемей и другие) вели записи происходивших событий, исследовали новые местности, собирали экземпляры редких растений, животных и т. д. Особенно много было собрано материала, способствовавшего развитию географии, ботаники и зоологии.

Держава Александра была грандиозна. Такого крупного объединения земель древний мир до тех пор еще не видел. По­этому совершенно понятно то не поддающееся описанию впечатление, которое произвело на умы современников возникновение македонского царства.

«Мы, — говорил в афинской экклесии в речи „Против Ктесифонта" Эсхин, — переживаем исключительный период мировой истории. История наших дней должна показаться сказкой грядущим поколениям. Персидский царь так еще недавно требовал от эллинов „земли и воды" и осмеливался называть себя в своих письмах владыкою всех людей от восхода до заката солнца, теперь тот же самый царь борется уже не за владычество над другими, а за собственную жизнь. Фивы, соседние нам Фивы, в один день были исторгнуты из сердца Эллады. Пусть они заслужили эту кару своей неразумной политикой, но ведь слепыми и безумными они стали не по собственной вине, а по вине богов. Несчастные лакедемоняне, которые некогда заявляли претензии на верховенство над эллинами, теперь в знак своего поражения будут посланы к Александру как заложники на полную волю победителя, перед которым они так тяжело провинились, и их участь будет зависеть от его милосердия. А наш город, убежище всех эллинов, куда прежде стекались посольства со всей Эллады, чтобы просить у нас помощи, каждое для своего города, он борется теперь уже не за гегемонию Эллады, а за собственный клочок земли».

Ту же мысль о грандиозности дела Александра и о непрочности человеческих учреждений высказал и философ (впоследствии глава Афинского государства) Деметрий Фалерский.

«Если бы пятьдесят лет назад,— писал Деметрий,— какой-нибудь бог предсказал будущее персам, или персидскому царю, или македонянам, или царю македонян, разве они поверили бы, что ныне от персов, которым был подвластен почти весь мир, останется одно имя, и что македоняне, которых раньше едва ли кто знал даже имя, будут теперь владычествовать над миром. Поистине непостоянна наша судьба. Все устраивает она вопреки ожиданию человека и являет свое могущество в чудесном. И теперь, как мне кажется, она лишь затем передала македонянам счастье персов, чтобы показать, что и последним она дала все эти блага лишь во временное пользование, пока пожелает распорядиться ими иначе».

Слова Деметрия о непрочности македонского царства оправдались. Государство Александра было громадно, но чрезвычайно пестро. Его можно рассматривать как соединение самых различных стран и народов, достигнутое военным путем и державшееся силой оружия. Связующим звеном служила только личность самого Александра как законного преемника персидских царей и египетских фараонов, с одной стороны, и сына Филиппа — с другой. Этим объясняется внутренняя неизбежность распада державы Александра.

Объединенных сил греков и македонян вполне хватило лишь для того, чтобы завоевать ослабленное внутренними противоречиями персидское государство. Значительно труднее было закрепить это завоевание. Прежде всего Александр должен был ликвидировать или хотя бы ослабить вражду между греко-македонской и персидской знатью. Чтобы решить эту задачу, Александр провел ряд мероприятий. В первую очередь царь старался привлечь персидскую аристократию в армию и в государственный аппарат. 30 тысяч персов пополнили пехоту Александра, а согдийцы, бактры и персы составили особые подразделения конницы. Кроме того, Александр предпринял наивную попытку сблизить персов и македонян, устроив грандиозное бракосочетание десяти тысяч македонских солдат с персиянками. В этом коллективном бракосочетании приняли участие 80 ближайших сподвижников Александра, вступив в брак с девушками из знатных персидских фамилий. Сам Александр, хотя и был уже женат на дочери бактрийского правителя Роксане, взял себе по восточному обычаю в жены еще дочь Дария III. Старые соратники Александра были недовольны сближением царя с персами. Это недовольство вылилось в открытый военный бунт, который царю лишь с трудом удалось подавить.

В центре внимания македонского царя находились теперь не Греция и Македония, ставшие окраинами его владений, а вся огромная держава, простиравшаяся от Дуная до Инда. Прежние идеи и методы управления изжили себя. Из верховного вождя панэллинского союза, царя-басилея македонян, власть которого была ограничена народным собранием и советом знати, Александр превратился теперь во властелина огромной державы, власть которого опиралась на традиционную на Востоке теорию о его божественном происхождении. Само собой разумеется, что царь мог править только располагая соответствующим государственным аппаратом.

Ближайшим помощником царя был хилиарх, соответствующий восточному визирю, должность которого занимал ближайший друг Александра Гефестион.

Финансовое ведомство было выделено в особую отрасль управления. Значительную роль играла царская канцелярия, ведавшая всей корреспонденцией царя. Во главе канцелярии стоял секретарь Александра грек Эвмен. Александр сохранил прежнее деление государства на сатрапии и оставил даже некоторых старых сатрапов. В сатрапиях сохранилось существовавшее при персах разделение гражданской и военной власти. В целом империя Александра принадлежала к числу тех держав, которые не имели единой экономической базы и поэтому не отличались прочностью. Она включала высокоразвитые полисы и отсталую Македонию, обладавший древней культурой Египет и жившие в условиях первобытнообщинного строя кочевые племена восточной части Иранского нагорья. Распад такого государства был неизбежен, и смерть Александра только ускорила его.

Смерть настигла Александра в Вавилоне в 323 г., во время подготовки к новым великим завоеваниям. Несмотря на болезнь, неисчерпаемая фантазия и неукротимая энергия Александра побуждали его к дальним походам. В голове его рождались новые планы: обследование берегов Аравии, расширение водных сооружений Евфрата, орошение пустынь, постройка грандиозных храмов в Вавилоне, Делосе, Дельфах и многое другое, что должно было прославить «всемогущего устроителя и примирителя».

В Вавилоне, на острове Делосе, в Дельфах и других местах происходила закладка грандиозных храмов в честь бога Диониса; полагали, что великий завоеватель пользуется его особым покровительством. В июне 323 г., когда с утра до вечера кипели работы в вавилонском порту, а флот Неарха уже готов был отправиться в далекую экспедицию на запад, разнеслась весть о смерти царя. Александр умер от злокачественной лихорадки на тридцать третьем году жизни.

О личности Александра сложено множество самых разнообразных повествований, романов и легенд. Многие из них пережили античный мир, шагнули в средние века и новое время. Такова, например, легенда о блестящем Искандере (Александре), до сих пор бытующая среди иранских народностей. Первоисточником, из которого черпалась большая часть рассказов об Александре, служило описание жизни и деятельности македонского царя, составленное его полководцами Птолемеем и Аристобулом. На основании произведений Птолемея, Аристобула, а также Клитарха составлены сочинения Арриана (II в. н. э.) и Курция Руфа (I в. н. э.). Материал для многочисленных романов и легенд об Александре давала также история Александра, созданная при его жизни придворным историографом Каллисфеном.

3. Распад монархии Александра

Внезапная смерть Александра ошеломила всех его современников. После смерти Александра единственной организованной силой оставалось войско,, но и в нем не было согласия. Более демократически настроенная пехота ненавидела привилегированную часть македонского войска — олигархическую конницу и царскую гвардию, вербовавшуюся преимущественно из персидских аристократов. Армия состояла из нескольких самостоятельных частей, которыми командовали враждовавшие друг с другом полководцы.

Среди оставшихся в живых сподвижников Александра наибольшим влиянием пользовались Пердикка, Антипатр, Птолемей, сын Лага, Эвмен, Антигон и другие. Это были сильные, отважные и честолюбивые люди, не желавшие никому уступать первенства в государстве. Каждый из них считал себя тем «сильнейшим», которому, по преданию, Александр на смертном одре завещал свой перстень и свое царство. В тронном зале дворца, где лежало одетое в пурпур тело Александра, между его полководцами шел ожесточенный спор о преемнике умершего царя. В конце концов после долгих и бурных прений выбор остановился на Пердикке, старом и храбром сподвижнике Александра, который был объявлен регентом государства.

Царем был провозглашен побочный сын Филиппа II — слабоумный Арридей, названный Филиппом; царский титул предназначался также ожидавшемуся от Роксаны ребенку, если он будет мужского пола. Затем великое наследство было фактически разделено между полководцами Александра — его «преемниками», по-гречески диадохами. После долгих пререканий тело Александра захватил Птолемей и торжественно перевез его в египетскую Александрию, где оно было похоронено в роскошном саркофаге.

Уже ближайшие события показали, что соглашение между диадохами не отличалось прочностью. Царственные соправители были во власти диадохов. И слабоумный Филипп и малолетний сын Роксаны Александр вместе с матерью погибли насильственной смертью. Владения диадохов представляли собой случайное объединение земель и племен, ничем, кроме силы оружия, не связанных между собой. Поэтому не удивительно, что очень скоро мирные отношения были нарушены и снова началась война, продолжавшаяся до 301 г. до н. э. Война носила ожесточенный характер и причинила неисчислимый вред тем областям, где происходили военные действия. Особенно пострадала Греция, несколько раз переходившая от одного властителя к другому. Больше всего шансов на победу и восстановление единства монархии имели Антигон Одноглазый и его сын Деметрий Полиоркет.

Но усиление Антигона и его сына заставило остальных диадохов— Птолемея, Селевка, Кассандра и Лисимаха — прекратить распри и образовать коалицию против Антигона. В 301 г. при Ипсе, в Великой Фригии, произошла одна из самых кровопролитных битв античной истории. Войско Антигона было разбито, и он сам пал на поле сражения, а Деметрий спасся бегством.

Битвой при Ипсе заканчивается самый острый период междоусобной войны диадохов после смерти Александра. Антигон Одноглазый был одним из последних носителей идеи восстановления монархии Александра Македонского. Противники его стремились прочно закрепить за собой те области, в которых они утвердились. Распадение монархии было уже совершившимся фактом. Диадохи, современники Александра, постепенно сходят с исторической сцены, уступая место более молодому поколению эпигонов, наследников диадохов. В результате бесчисленных войн и переделов территорий в III в. до н. э. из державы Александра выделились три крупных государства: Египет с территорией в 150 тысяч квадратных километров, где утвердилась династия Птолемеев (потомков Птолемея Лага); Сирия с территорией в три миллиона квадратных километров, отданная Селевку, и собственно Македония с территорией в 75 тысяч квадратных километров, доставшаяся потомкам Антигона Одноглазого.