История Древней Греции

Эллинизм

2.Сущность эллинизма. Эллинистический Египет

На развалинах державы Александра Македонского возникли государства, которые со времени выхода в свет «Истории элли­низма» (1833—1843 гг.) И. Г. Дройзена принято называть элли­нистическими. К эллинистическим государствам относят страны, занимавшие опромную территорию от Египта до греко-бактрий- ского царства, от Нубии до Боспора. Хронологически эллинизм определяется различно. Большинство исследователей приурочи­вают начало эллинистической эпохи к году смерти Александра Македонского (323 г.). Другие началом эллинизма считают Хе- ронейскую битву (338 г.), третьи — битву при Ипсе (301 г.). История эллинистических государств была прервана завоевани­ями римлян II—I вв. до н. э., подчинивших восточную половину Средиземноморья.

В истории средиземноморских народов эллинистические го­сударства отражают определенный этап общественного разви­тия. Рабовладельческая основа хозяйства в этих государствах сохранялась, но большое значение в сельском хозяйстве и реме­сле приобретал труд полусвободных зависимых производителей. Для политического строя эллинистических обществ характерно соединение черт классического полиса с особенностями древне­восточной монархии. Господствующим классом становится во- енно-землевладельческая аристократия, «родственники» и «дру­зья» царя, занимавшие высшие военные и гражданские посты в государстве. Большинство представителей эллинистической ари­стократии были иноземцами, что накладывало на классовую борьбу этой эпохи своеобразный отпечаток народно-освободи­тельной борьбы против иноземных угнетателей.

Большинство буржуазных историков, начиная с Дройзена, при характеристике эллинизма основное внимание уделяют раз­витию культуры. Конечно, развитие культуры имело большое значение в жизни эллинистических государств. В эллинистиче­ский период возник общегреческий язык — койнэ, значительных успехов достигли наука и техника. Однако неправы те буржу­азные ученые, которые сводят все особенности этой эпохи к осо­бенностям культуры. Эллинистический период по существу пред­ставляет собой новый закономерный этап в развитии античной эпохи, характеризующийся новым типом производственных от­ношений, в большей мере соответствующих развитию произво­дительных сил древнего общества. В то же время нельзя видеть в эллинизме только распространение греческой культуры среди народов Востока и игнорировать не менее сильное влияние во­сточных культур на греческую. В культурном отношении элли­низм представлял собой синтез греческой и восточных культур. В области религии в эллинистический период наблюдается син­кретизм греческих и восточных элементов. Так, например, в Египте возникает культ эллинизированного египетского боже­ства Сераписа. Любопытно, что один из царей греко-бактрий- ского царства, Менандр (165—130 гг.), грек по происхождению, принял буддизм и стал его ревностным проповедником. Следует также подчеркнуть, что греческая культура в основном распро­странялась среди представителей знати восточных стран, а ши­рокие слои населения оставались верными своим старым куль­турным и религиозным традициям.

Завоевания Александра Македонского и последовавшие за­тем войны диадохов способствовали распространению в восточ­ных странах античных форм рабства, так как огромные массы пленных обращались в рабов. Рабы особенно широко использо­вались в горной промышленности, в каменоломнях и рудниках, где условия труда были чрезвычайно тяжелы, а также в сель­ском хозяйстве, в ремесленных мастерских и т. д. Однако наряду с античными формами рабства в восточных странах сохранялись и древние примитивные формы рабства, в частности долговое рабство. Огромное большинство сельского населения, живущее общинами, по существу находилось в рабском состоянии, так как не имело права уйти из общины и должно было обрабатывать храмовые и царские земли.

Эллинистические цари заимствовали многие установления, характерные для древневосточных деспотий. Они являлись вер­ховными собственниками земли. В царских хозяйствах работало множество рабов. Цари были окружены служилой знатью, к ко­торой в основном относились греческие и македонские завоева­тели, а также представители местной знати, подвергшейся элли­низации. Теперь эллином стали называть всякого образованного человека, говорившего на греческом языке, независимо от его принадлежности к тому или иному народу. Служилая знать, со­стоявшая из «эллинов», сосредоточила в своих руках большие земельные площади и множество рабов.

В эллинистический период колонизационное движение греков в страны Востока достигло исключительного размаха. В это время на Востоке было основано более 170 городов по типу гре­ческих полисов. Правда, теперь полисы меняют свой характер. Чтобы держать в повиновении рабов и другие эксплуатируемые слои населения, им необходима была сильная централизованная власть. Поэтому полисы утрачивают свою независимость и под­чиняются власти царей, хотя и сохраняют некоторую автономию и другие черты полисной структуры. Особенно много полисов та­кого типа существовало в III—I вв. в Малой Азии и Сирии, где еще до завоевания их Александром Македонским товарные отно­шения достигли довольно высокого уровня развития. Состоятель­ные слои в различных странах эллинистического Востока были заинтересованы в сохранении полисной организации уже по­тому, что граждане полисов в отличие от сельских жителей обла­дали правом частной собственности на землю. Остальная тер­ритория в эллинистических государствах называлась хора. На­селение хоры, состоявшее в основном из местных жителей, было обременено тяжелыми налогами и находилось в гораздо худ­шем положении, чем граждане полисов.

Следует отметить также, что, несмотря на некоторые общие особенности в развитии эллинистических стран, каждая из них сохраняла своеобразные, только ей присущие черты, обусловлен­ные ходом ее исторического развития.

Создание больших по территории государств, громадный при­ток рабов, дальнейшее развитие товарных отношений, внедрение трехпольной системы обработки земли, развитие горной промыш­ленности, рост разделения труда, внутренней и внешней торгов­ли, возникновение новых городов, технические и научные дости­жения — вот черты, характерные для эллинистического периода, которые позволяют считать эллинизм прогрессивным этапом в развитии рабовладельческого способа производства. Но вместе с тем нельзя забывать, что безжалостная эксплуатация рабов и всех слоев зависимого населения, ростовщичество, откупная система и бесконечные войны между отдельными государствами отрицательно сказывались на дальнейшем экономическом разви­тии эллинистических стран.

1. Политический строй Египта

Из всех эллинистических государств самым прочным до кон­ца III в. до н. э. было Египетское царство, где утвердились по­томки Птолемея Лага — Птолемеи, или Лагиды. Египет был ти­пичным эллинистическим государством, в-котором очень ярко проявились черты эллинистического строя, политики, культуры, религии и быта.

Окруженный пустынями и морем, Египет развивался относи­тельно более планомерно и органически, чем все остальные элли­нистические государства.

О Египте мы знаем больше, чем о какой-либо другой стране эллинистического мира, благодаря папирусам. Открытие папи­русов знаменует целую эпоху в изучении античной истории.

Папирусы сохранились главным образом в Египте. Наши представления о других странах античного мира, помимо лите­ратурных источников, основываются прежде всего на надписях, монетах и материалах археологических изысканий. Но по богат­ству и разнообразию содержания ни то ни другое нельзя даже и сравнить с папирусами. Папирусы помогли нам познакомиться с такими сторонами жизни античного общества, о существова­нии которых раньше даже и не подозревали.

Основателем птолемеевской династии в Египте был Птоле­мей I Сотер (305—283 гг.). При его преемниках — Птолемее II Филадельфе (285—246 гг.) и Птолемее III Эвергете (246— 221 гг.) Египет достиг высшего могущества. Кроме долины Нила, Египту тогда принадлежали Киренаика, Эфиопия, Финикия, Па­лестина, остров Кипр, южный берег Малой Азии и некоторые города Геллеспонта. В середине III в. Египет был первой дер­жавой средиземноморского бассейна, не без основания претен­довавшей на мировое господство.

В конце III в., с Птолемея IV Филопатора (221—203 гг.), начинается упадок, завершившийся завоеванием Египта Римом.

Политический строй Египта по своей форме близок к древ­ней деспотии. Все, что можно было приспособить к новым усло­виям из старого аппарата фараонов, Птолемеи сохранили, а все, что уже не соответствовало им, они изменили, дополнили и рас­ширили. Например, местный исторически сложившийся бюро­кратический аппарат Птолемеи сочетали с греческими формами городского самоуправления. Таким путем Птолемеям удалось создать мощную военно-бюрократическую систему, которая просуществовала более 200 лет и имела большое всемирно-исто­рическое значение. Царь персонифицировал в своем лице госу­дарство и государственное хозяйство и мог самовластно распо­ряжаться имуществом, трудом и жизнью своих подданных. Он был сувереном страны и единственным источником права и за­кона. Чиновники, ведавшие различными отраслями государствен­ного управления, считались проводниками царской воли. Госу­дарственным языком птолемеевского Египта был греческий.

Прежнее деление Египта на Верхний Египет (Фиваида), с центром в городе Фивах, и Нижний Египет (Дельта), с центром в Александрии, удержалось и при Птолемеях. Сохранилось так­же и деление на номы — военно-податные округа. Число номов в разное время колебалось от 40 до 45.

Во главе нома стоял стратег. Вначале стратег имел только военно-политическую власть, но уже в III в. в его руках сосредо­точиваются широкие административно-судебные функции и он оттесняет номарха, который раньше правил номом. Ближайшим помощником стратега был царский грамматей. Кроме того, важ­ную роль в хозяйственно-административной жизни нома играли эконому агораном и другие чиновники. Номы делились на топы (округа), состоявшие из нескольких комов (поселений). Топы и комы управлялись чиновниками, назначавшимися централь­ной администрацией. Непосредственными начальниками в сельских местностях были комархи и комограмматеи, сельские писари.

Финансы выделялись в самостоятельную отрасль, которой управляли особые чиновники — казначеи разных рангов и на­именований. Главная государственная казна находилась в Алек­сандрии. Во главе финансового ведомства стоял главный каз­начей— диойкет. Как высшие, так и низшие чины египетской администрации должны были неукоснительно во всем следовать букве царских указов. Чиновники птолемеевского Египта рас­пределялись по рангам. К первому, высшему, рангу принадле­жали «родственники» царя, за ними следовали «главные друзья», потом просто «друзья» и т. д. Административные посты при пер­вых Птолемеях составляли монополию македонян и греков, впо­следствии же встречается много чиновников и из египтян. Про­водимая правительством политика слияния всех народностей, оседавших на египетской территории, в одну народность имела лишь частичный успех. Деление на местных жителей и иноземцев сохранилось до самого конца эллинистического Египта.

Местопребыванием царя и центром управления был царский дворец, наводненный царскими «родственниками», «друзьями» и придворной челядью — камерариями, виночерпиями, повара­ми, егерями, шутами и т. д. При дворе эллинистических царей сосуществовали древнеегипетские, персидские и македонские традиции.
Царская власть считалась божественного происхождения, и уже Птолемей I и его жена Арсиноя были обожествлены. Идея обожествления исходила от жрецов.

К ним присоединялись поэты и писатели (Феокрит, Калли- мах), отождествлявшие Александра с Гераклом и Дионисом, и греческие философы — стоики и циники. По учению стоиков, которое отчетливо оформилось в последние века эллинизма, царь воплощает в себе идею социального порядка. Земные порядки лишь копируют небесные. В монархической власти Зевса, пред­ставляющего воплощение мирового закона, находит отражение единство мира. Зевс — добродетельный, человеколюбивый, всем миром управляющий бог. Отсюда следует, что лучшей и совер­шеннейшей земной властью является монархия — земное отобра­жение небесного государства Зевса. Эпоха эллинизма была эпохой широкого распространения мистики и суеверий, благо­приятствовавших идее обожествления.

К имени царя в Египте всегда прибавлялся какой-либо прият­ный для слуха эпитет — Сотер (Спаситель), Эвергет (Благоде­тель), Эпифан (Явленный), Филометор (Любящий мать), Фила- дельф (Любящий сестру) и т. д. Политический смысл обоже­ствления (апофеоза) ясен. Обожествлением стремились поднять авторитет царя и предотвратить узурпации и дворцовые пере­вороты.

2. Царские земли и уступленные земли

Все первые Птолемеи стремились развить оросительную сеть страны, чтобы поднять доходность сельского хозяйства. Для этого в Фаюмском оазисе были проведены новые каналы и высушены болота. Земли, принадлежавшие Египту, считались царскими, но в зависимости от характера использования дели­лись на две категории: 1) царские земли в собственном смысле и 2) уступленные земли. Уступленные земли в свою очередь подразделялись на: 1) дарственные земли, уступленные царем своим фаворитам — придворным, полководцам, высшим чинов­никам гражданского ведомства, 2) храмовые земли и 3) земли клерухов, т. е. военных поселенцев.

Царская земля составляла большую часть обрабатываемой земли и находилась непосредственно в ведении администрации царя. Из 1230 гектаров (4700 арур) территории Керкеозириса 700 гектаров (2430 арур) принадлежало царю.

Подробными сведениями об этом мы обязаны «Тебтюнисским папирусам», которые составляют часть архива канцелярии комо- грамматея одного из номов, содержащей деловые бумаги, офи­циальные и частные письма, податные ведомости, сообщения о состоянии различных земель и т. д.

При Птолемеях, как и при фараонах, большая часть царских земель сдавалась в аренду мелким арендаторам или царским земледельцам. Крупные землевладельцы и храмы также сдавали землю мелкими участками в аренду земледельцам, которые яв­лялись наследственными арендаторами. Царские земледельцы составляли основную массу египетского населения. Они жи­ли небольшими поселками. Каждый поселок представлял собой самостоятельную замкнутую общину. Члены этой общины были связаны друг с другом производственным процессом, кото­рый осуществлялся на определенной небольшой территории, оро­шаемой каналами.

Члены общины были прочно с ней связаны. Принадлежность к данной общине влекла за собой утрату права выхода из нее. Чтобы предотвратить перебои в обработке земли и обеспечить общины рабочей силой, государственная власть закрепила суще­ствующее положение законом. Община отвечала за исправное несение государственных повинностей всеми ее членами. Общин­ники должны были бесплатно ремонтировать каналы, снабжать царя и его многочисленную свиту всем необходимым во время поездок по стране. Земледельцы не имели права обращаться в гражданский суд. Дела их разбирались в административном порядке.

Царские земледельцы не были собственниками обрабатывае­мых ими участков. Верховное право на землю в Египте всегда оставалось за царем. Царские земледельцы не только не могли продать арендованные участки, но даже не имели права оста­вить их или использовать по собственному желанию. Виды куль­тур, время посева, сбора и доставки собранных продуктов к месту назначения определялись по инструкциям и под контролем чиновников и откупщиков. Семена, инвентарь и рабочий скот арендатору выдавали местные власти. За право пользования землей земледельцы платили царю арендную плату зерном, фруктами, плодами, скотом и пр. Арендную плату необходимо было платить сразу после сбора урожая. Земледельцы работали под бдительным контролем местной и центральной администра­ции. Местные чиновники, грамматеи различных рангов получа­ли инструкции от высших чиновников царских канцелярий в Александрии. По этим инструкциям они руководили производ­ственным процессом, наблюдали за состоянием каналов, уста­навливали количество орошенной и неорошенной земли, опре­деляли норму выработки для каждого округа и работника, кон­тролировали работу ремесленников, вели учет скота, составля­ли «посевные ведомости» и т. д.

Кроме царских земледельцев, в Египте были люди, не имев­шие земельных участков и работавшие поденщиками.

При первых Птолемеях большая часть земель оставалась у царя и эксплуатировалась царской бюрократией. Права владель­цев дарственных земель были различны — иногда очень ограни­чены, а иногда, напротив, чрезвычайно широки. Юридически дар­ственные земли всегда рассматривались как подарок царя и по закону не могли быть отчуждаемы. Даже в использовании их владельцы не были свободны. Они должны были неукоснитель­но следовать установленным царем для всего государства хозяй­ственным нормам и разводить лишь определенные культуры и в определенных размерах.

Богатейший конкретный материал для изучения аграрного строя птолемеевского Египта содержит серия папирусов Зенона, представляющая переписку египетского землевладельца Апол­лония с управляющим его поместьями Зеноном. Переписка от­носится ко времени расцвета Египта при Птолемее II Фила- дельфе (283—246 гг.).
Из переписки мы прежде всего узнаем, что грек Аполлоний, занимавший видный пост в царской администрации, получил от царя в качестве подарка за службу несколько поместий, общая площадь которых составляла около 30 тысяч арур. Земли эти были расположены около Мемфиса, в Палестине и других ме­стах. Далее из переписки вытекает, что дарственные земли экс­плуатировались так же, как и царские. Часть этих земель Апол­лоний от себя сдавал в аренду, а оставшуюся лучшую часть использовал с помощью своих управляющих. В аренду обычно сдавали земли, отведенные под зерновые культуры, а оставля­ли земли, предназначенные для садово-огородных культур — винограда, маслин, фиников, тыквы, чечевицы, миндаля — и тех­нических растений — льна, конопли, хлопковых пород. Аполло­ний через своих агентов вел торговые операции, давал деньги под проценты. Он владел также ремесленными мастерскими.

Таким образом, существование частновладельческих поме­стий в эллинистическом Египте не подлежит сомнению, но эл­линистический, как и древневосточный, землевладелец всегда оставался зависимым от царя и его милостей. Даже такая важ­ная персона, как Аполлоний, не мог не считаться с царскими директивами. «Царь приказал нам,— пишет Аполлоний своему управляющему,— дважды засеять поля. Посему, как только бу­дет собран урожай, немедленно же орошай землю или ручным способом, или же при помощи водоподъемной машины. Ни в коем случае не держи воду на полях более шести дней. После орошения поле засевай трехмесячной пшеницей» и т. д.

Заключение договоров с отдельными арендаторами и разре­шение возникавших на этой почве конфликтов контролировались царской администрацией.

Особую категорию уступленных земель составляли земли клерухов. Рядовые воины получали во временное пользование от 5 до 100 арур земли. Военачальникам выделялись крупные земельные участки. Клерухам обычно давали худшие — мало­плодородные, запущенные земли, но на льготных условиях. Держатель земли на несколько лет освобождался от поземель­ного налога при условии, если он приводил полученный им уча­сток (клер) в хорошее состояние. В этом случае клеры сохра­нялись за держателем участка и его потомством в течение мно­гих лет, и, таким образом, клерухи, подобно римским ветеранам, превращались в бессрочных арендаторов (эмфитевтов).

Воины в эллинистическом Египте в основном были греками и македонянами. Но, кроме того, в армии служило много персов, фракийцев, галлов и представителей других племен. Сплошь и рядом, если не было свободных земель, клерухи обеспечивались участками за счет местного населения, у которого отбиралась часть земель. Система клерухий, с одной стороны, восходит к классическому полису, а с другой — имеет много общего с зе­мельной практикой фараонов Нового царства. И тут и там вой­ско служило главной опорой власти, что и заставляло ее пред­ставителей изыскивать средства для удовлетворения в первую очередь материальных нужд служилого сословия.

3. Ремесла, налоги, финансы

Сырые продукты перерабатывались в предметы потребления в ремесленных мастерских, находившихся в поместьях или городах. Как показывают папирусы, городская жизнь в эллинистическом Египте была также довольно рвзвита. В Египте было два рода городов: греческие (т. е. полисы) и местные. Греческие города — Александрия, Навкратис, Птолемаида — находились на особом, привилегированном положении, сохраняя черты старых полисов. Их жители, преимущественно греки, македоняне и евреи, обладали многими существенными привилегиями: правом приобретать частную собственность, иметь мастерские, лавки и меняльные конторы (трапедзы) и не платить многих налогов, взимавшихся с местного египетского населения. Жители местных городов имели меньше прав и привилегий. Они также занимались земледелием, торговлей и ремеслами.

В папирусах постоянно упоминаются различные лавки иремесленные мастерские. Они находились в особых ремесленных слободах, или рядах. Чаще всего в документах говорится об изготовлении предметов роскоши, льняных, шерстяных и шелковых тканей, ювелирных изделий, стекла, папируса, изделий из дерева, бронзы, меди и железа. В городе Арсиное, например, имелись «ткацкая улица», «одежный рынок», «соляная площадь», «чечевичная», «стручковая», «гусиная» и прочие ули­цы. Из ремесленников упоминаются кожевники, красильщики, парфюмеры, золотых дел мастера, живописцы. Особого совер­шенства в эллинистическом Египте достигло художественное ре­месло. Об оживленном торговом обороте свидетельствует обилие трапедз, в которых хранились деловые документы местных ре­месленников и торговцев. В Арсиное их было, например, сорок. Для Египта было характерно изготовление папирусов, керами­ческих изделий и ткачество. Ткацкое ремесло сосредоточивалось в Александрии, Мемфисе и некоторых других городах.

В эргастериях работали рабы, вольноотпущенники и свобод­ные. Соотношение рабского и свободного труда в Египте при Птолемеях установить трудно, но существование того и другого не подлежит сомнению. Рабский труд применялся и в имениях крупных землевладельцев (например, у Аполлония). Большим числом рабов владели храмы. Наиболее состоятельные военные колонисты также имели рабов. Наряду с античными формами рабства в Египте сохранялось и долговое рабство. Вывоз рабов из Египта был запрещен законом. В юридических документах рабы рассматривались как вид имущества.

Ремесленники имели собственные мастерские и продавали свои изделия на городском рынке или же изготовляли их на до­му из материалов заказчика. У ремесленников-мастеров были подмастерья и ученики. Ремесленники царских мастерских не могли оставить работу. Средства производства в таких мастер­ских принадлежали царю.

Жители городов, ремесленники, купцы, военные и предста­вители интеллигентных профессий — учителя, врачи, музыкан­ты, актеры имели особые объединения. У каждого объединения была касса, составлявшаяся из взносов ее членов, определенное место и дни собраний. В случае необходимости члены таких сою- зоз получали из общественной кассы субсидии. Во главе объ­единения стояли выборные лица. У каждого объединения были свои культы, святилище и праздники. Посторонние лица на эти собрания и празднества не допускались. В общественной жизни Египта эллинистического времени эти объединения игра­ли значительную роль.

В городах проживали также земледельцы и землевладельцы. Последние и задавали тон городской жизни. Землевладельцами были военные и чиновники, жившие в городах и имевшие побли­зости от них земельные владения.

Зависимость городского торгового и ремесленного населения от царя выражалась в уплате налогов на ремесла и торговлю, взимавшихся в денежной и натуральной форме. Фискальная си- стема в эллинистическом Египте достигла такого развития, како­го она не достигала ни в одном из государств античного мира. Не было ни одной хозяйственной отрасли и профессии, свобод­ной от прямых или косвенных налогов. Ввоз и вывоз товаров, переезд из одного нома в другой, продажа и покупка, аренды и договоры, квитанции и расписки, все виды коммерческих сде­лок облагались специальными налогами. Далее следовала серия прямых налогов: налог на землю, взимавшийся натурой, на сады и виноградники, взимавшийся деньгами, налог в пользу храмов, поголовный налог на мужчин и налоги на имущество. К этому надо добавить еще массу государственных повинностей (литур­гий) и монополий, налоги на скот, на постройку плотин, мостов, дорог и каналов, содержание чиновников, почтовые расходы, военные постои и т. д. При Птолемее II Филадельфе ежегодные натуральные поступления равнялись 600 тысячам гектолитров хлеба, а денежные достигали 15 тысяч серебряных талантов на­личными деньгами.

Денежная и натуральная системы хозяйства в эллинистиче­ской экономике тесно переплетались. Как поступления в казну, так и выплата государственным служащим и наемникам опре­делялись и в деньгах, и в натуре. Представителям военной и служилой знати, помимо земель (дарственные поместья), из царской казны выдавалось содержание натурой, а так­же деньгами.

Сбор налогов был очень сложным и трудоемким делом, с которым птолемеевская бюрократия не могла справиться. Поэтому государство сдавало сбор налогов в сельском хозяйстве и ремесле в аренду частным лицам. Большая часть налогов сда­валась на откуп на аукционах отдельным лицам или целым товариществам, как это потом было в Риме. Откупщиками могли быть не только члены привилегированного сословия греков и македонян, но также и местные жители.

Откупщики вносили в казну определенную сумму, получали списки плательщиков и приступали к сбору. В их распоряже­ние государство предоставляло штат чиновников. Последние в то же время выполняли роль государственных контролеров, следивших за действиями откупщиков и охранявших государ­ственные интересы. Царские указы предписывали откупщикам строго держаться буквы закона.

При первых Птолемеях откупные операции были весьма вы­годным делом и привлекали богатых людей, наживавших на них огромные состояния. С течением времени, когда Египет стал бед­неть и платежные возможности населения были исчерпаны до последней степени, откупа утратили свою былую привлекатель­ность и превратились в тяжелую государственную повинность — литургию, разорительную для богатых людей, поскольку они должны были покрывать недоимки за свой счет. В конце концов откупщики превратились в царских чиновников.

Права и обязанности откупщиков были очень широки и не ограничивались одним только сбором арендной платы и нало­гов. В круг обязанностей откупщиков входили также организа­ция производства и продажа производимых продуктов.

С практикой откупного дела во всех деталях знакомит нас Податной устав Птолемея II Филадельфа (257 г.) Устав касает­ся главным образом организации откупного дела в одной из важ­нейших отраслей египетской экономики — производстве расти­тельного масла. Откупщики находились под контролем государ­ственных чиновников — экономов, заместителей экономов, не­скольких контролеров, секретарей, счетчиков и др. Все эти лица несли ответственность за царские маслобойни, за откупщиков и весь находившийся в их распоряжении персонал.

«Откупщик и контролер откупщика,— гласит одна из статей Податного устава, — должны распоряжаться всеми рабочими данного района (нома), всеми мастерскими и оборудованием и должны запечатывать орудия производства в периоды, когда нет работы. Они должны принуждать рабочих работать ежедневно и при работе должны присутствовать лично».

Откупщик отвечал за сохранность орудий производства и за надлежащее их использование.

Царем были монополизированы целые отрасли производства, например изготовление папирусов, добыча полезных ископаемых и другие отрасли. Птолемеи, введя монополию на производство растительного масла, отобрали необходимое для его производст­ва оборудование у всех маслоделов. Продажа масла также счи­талась царской монополией.

Работавшие в царских маслобойнях не могли самовольно оставить мастерскую, к которой они были приписаны. За укры­вательство беглого мастера взимался штраф. Мастерам, закреп­ленным за определенным номом, не разрешалось переходить в другой ном.

«Если же кто из рабочих перейдет, он может быть принуди­тельно возвращен откупщиком, экономом и контролером».

«Никто не должен укрывать рабочих (из другого нома.— Ред.). Если же кто укроет рабочего или, получив приказ, не вы­даст его, тот должен заплатить за каждого рабочего три тысячи драхм, и рабочий должен быть водворен обратно».

Продолжительность работ, количество работы и оплата труда в царских мастерских нормировались законом.

Полученное из маслобоен масло откупщики передавали на торгах крупным и мелким торговцам, предписывая продавать его по установленной законом цене.

«Торговцы, получая масло, должны продавать его по цене, обозначенной в тарифе, и не дороже».

Часть продуктов, поступавших в царские амбары и кладовые, расходовалась на войско, бюрократию и двор, остальное шло на продажу. Главной статьей египетской внешней торговли яв­лялись продукты сельского хозяйства, в особенности пшеница.

Из предметов обрабатывающей промышленности Египет экс­портировал много дорогих, вызывавших восхищение цветных сте­кол, папирусы, строительные материалы, добывавшиеся в еги­петских каменоломнях: гранит, базальт, алебастр и др. Кроме того, большой известностью пользовались узорчатые и с позоло­той шерстяные и льняные ткани.

Очень важное место в экономике птолемеевского Египта за­нимала транзитная торговля. Через египетские гавани, располо­женные на Красном море, проходило много кораблей, везущих товары из Китая, Индии и аравийских стран. К предметам во­сточной торговли относились различные ароматические вещества и пряности, строительные материалы, металлы, драгоценные камни, слоновая кость, страусовые перья, индийская сталь, шелк и многое другое. Сырье поступало в египетские мастерские из Малой Азии, Палестины, Сирии и других районов, а готовые из­делия и предметы роскоши перепродавались в другие страны. Сфера распространения египетских товаров была значительна. Египетское торговое влияние достигало северного берега Афри­ки, Эгейского бассейна, азиатского побережья и Черноморья. Значительная часть продукции ремесленных мастерских царя и частных лиц была рассчитана на рынок. Центральная власть регламентировала экспорт и определяла ценность товаров.

Главная торговая артерия Египта — Нил связывал при по­средстве каналов и караванных дорог Эгейское море с Нубией, Ливией и египетской Александрией. Средиземное море соединя­лось с Красным каналом Нехо, восстановленным при Птолемеях.

Товары перевозились на царском транспорте. К несению транспортных повинностей привлекалось все податное население, в особенности владельцы судов и верблюдов.

При расчетах по торговым операциям использовалась золо­тая и серебряная монета египетской чеканки с изображением царя. Доставляемые по Нилу к Красному морю товары концен­трировались в Александрии — главном складочном пункте Егип­та. В Александрию съезжались купцы со всего мира, здесь со­вершались торговые сделки и производились крупные денежные расчеты, слышался говор на разных языках.

«Все это,— говорит географ Страбон,— знает всякий, кто хотя бы один раз побывал в Александрии и наблюдал торговые суда при входе и выходе из гавани. Наблюдая входящие и выходя­щие суда, нетрудно определить, насколько выходящие из гавани суда полнее и тяжелее входящих»

При входе в гавань на острове Фаросе, соединенном с Алек­сандрией искусственной насыпью, был построен маяк высотой более 100 метров, который считался одним из чудес света. Этот маяк освещал путь судам, входившим в гавань.

Египетская Александрия славилась удобством своего местоположения, считалась образцовым городом, привлекавшим массу иностранцев — купцов, ремесленников и путешественников.

«Вся Александрия,-—пишет Страбон,— представляет собой систему улиц, удобных для верховых лошадей и экипажей. Две самые широкие улицы, в 100 футов каждая, пересекают одна другую под прямым углом. В городе есть прекраснейшие обще­ственные святилища и царские дворцы, покрывающие четвер­тую или даже третью часть всего занимаемого городом прост­ранства. Все дворцы соединены между собой, с гаванью и со всем, что имеется замечательного за пределами последней. Часть царских зданий представляет знаменитый Александрийский му- сейон, заключающий в себе место для гулянья, зал для заседа­ний и большое помещение, где находится столовая для ученых, состоящих при мусейоне».

Одной из характерных особенностей общественного строя Египта на протяжении всей его истории являлась большая роль жречества и храмов. Эта черта сохранялась и в эллинистическом Египте, хотя права жрецов, в особенности при первых Птолеме­ях, были значительно сужены. Считая себя наместниками богов, цари сами заботились об упрочении веры, участвовали в ре­лигиозных процессиях, строили новые и реставрировали старые храмы. При Птолемеях появились новые храмы в Фивах и дру­гих городах Египта. Однако египетское жречество, богатое и хорошо организованное, продолжало сохранять огромное влия­ние, с которым не могли не считаться цари. Отношения между царями и жрецами определялись реальным соотношением сил. При первых Птолемеях перевес был на стороне царя, а при по­следних верх взяли жрецы.

Храмовая организация действительно могла внушать серь­езные опасения царской власти. Египетские храмы владели большими территориями, садами, ремесленными мастерскими, рабами, различными ценностями и перевозочными средствами. Каждый храм представлял собой автономную единицу, имел свой собственный устав, свои законы и обычаи. В целом египет­ские служители культа составляли влиятельную жреческую ка­сту.

У каждого храма имелся свой клир, делившийся на разряды и группы в зависимости от занимаемой должности. Во главе клира стояли верховные жрецы (архиереи), пророки, гиерограмматеи (священные писцы) и другие храмовые чины. Время от времени верховные жрецы важнейших храмов собирались на особые съезды (синоды). При первых Птолемеях место и про­грамма конференций определялись царем, а сами заседания кон­тролировались светской администрацией. Обычно заседания си­нодов происходили в городах Канобе и Мемфисе — старинных религиозных центрах.

4. Упадок Египта и завоевание его Римом

До конца III в. до н. э. Египет был крупнейшей средиземно­морской державой. Ближайшие преемники Птолемея Сотера — Птолемей Филадельф и Птолемей Эвергет — вели широкую внешнюю политику, стремясь подчинить влиянию Египта весь бассейн Эгейского моря и его северо-восточное побережье — Фракию и Троаду, с одной стороны, и малоазийско-финикийский берег — с другой.

До конца III в. внешняя политика Египта в общем была успешной. Своими победами особенно прославился Птолемей Эвергет, доходивший до Месопотамии и даже мечтавший о завоевании Индии. С конца III в. наступает перелом в худшую для Египта сторону. Последнюю крупную победу Египту принесла битва при городе Рафии в Келесирии (217 г.), в которой Птолемей IV разбил сирийского царя Антиоха III Великого. Однако победа досталась дорогой ценой. Силы государства были напряжены до предела, а ресурсы истощены. Поэтому Птолемеи вынуждены были отказаться от дальнейшего осуществления широких внешнеполитических планов. Если в первые века своего правления они стремились удержать и расширить внеегипетские владения, то с конца III в. главное внимание их направлено на то, чтобы укрепить власть внутри Египта. Дело в том, что под гнетом дополнительных налогов и повинностей, вызванных войнами, в Египте все чаще вспыхивали восстания против центральной власти. Особенно опасными они были в тех случаях, когда к восставшим примыкали и воины. Так, например, было в годы правления Птолемея IV Филопатора (после битвы при Рафии). В этот период восстания, в которых принимали участие и воины, продолжались непрерывно в течение 20 лет, потом на некоторое время ослабели, чтобы вспыхнуть с новой силой в I в. Центром восстания во II в. был Средний Египет и дельта Нила.

При преемнике Птолемея V Эпифана — Птолемее Филометоре VI (181—145 гг.) в 165—164 гг. произошло серьезное восста­ние в Александрии, возглавленное Дионисием Петосараписом, влиятельным чиновником при царском дворе, египтянином по происхождению. Потерпев неудачу в самом городе, Петосарапис пытался опереться на наемные войска, состоявшие из египтян, и укрепился в одном из предместий Александрии; здесь он был разбит. Тогда Петосарапис поднял восстание в Верхнем Египте, где создалось особенно опасное для правительства положение.

Восстание было жестоко подавлено Птолемеем Филометором. После репрессий и массового истребления местного населения правительству пришлось впоследствии ввести принудительную обработку пустующей земли.

Кроме открытых восстаний, характерной формой борьбы в птолемеевском Египте является так называемый анахоресис. Обремененные налогами и повинностями, жители деревень снимались с места и убегали в пустыню, оставляя невозделанными поля и нанося тем самым огромный ущерб государству.

Восстания, происходившие в последние столетия существования птолемеевского Египта, были народными восстаниями, направленными против иноземных угнетателей. Для местного населения македонская гегемония была тяжелее всех прежних — эфиопской, ассирийской и персидской. Борьба против греко-македонской династии была по существу классовой борьбой. Многочисленные налоги тяжелым бременем ложились на плечи трудового населения. Кроме прямых, существовали разнообразные косвенные налоги, сборы на ремонт оросительных сооружений, за измерение земли и т. д. Фискальная политика Птолемеев в корне подорвала и истощила производительные силы и озлобила население.

Фискальный гнет возрастал по мере расширения торгового и ростовщического капитала. Ростовщичество в последние века македонской династии приобрело огромный размах. Ростовщиче­ством занимались все — греки, македоняне, евреи, сами египтя­не и римляне. Ростовщический капитал в значительной мере про­ложил путь римской дипломатии и римскому оружию.

Неустойчивость внутри государства, неудачи внешней поли­тики и сокращение внешней торговли при последних Птолемеях обострили династическую борьбу, что еще более ухудшило об­щее положение в стране и подорвало авторитет царской власти. Потерявшие почву под ногами, цари пошли на уступки аристо­кратии, жречеству и войску. Наделы клерухов превратились в частновладельческие земли, а храмы восстанавливали свои при­вилегии и расширяли домены.

Союз царей со жречеством продлил жизнь македонской ди­настии, но не спас ее от кризиса. Царская власть слабела с каждым столетием и окончательно разложилась во второй по­ловине I в. до н. э. при знаменитой Клеопатре VII (51—30 гг.) перед римским вторжением. Кровавая борьба Клеопатры со своим братом за престол подорвала силы Египта и облегчила его захват римлянами. После поражения при Акции Клеопатра лишилась трона и покончила с собой (30 г.), а Египет перестал существовать как самостоятельное государство и вошел в со­став Римской империи.