История Древней Греции

Расцвет греческих полисов.

2. Перикл и афинская демократия

1. Борьба партий и внешняя политика Афин в первой половине V в. до н. э.

И в годы греко-персидских войн и после заключения мира с Персией в Греции не прекращались борьба и соперничество между отдельными греческими городами-государствами и группировками этих государств, возглавляемыми Афинами и Спартой. При этом внешнеполитические отношения между греческими государствами переплетались и были тесно связаны с происходившей внутри этих государств напряженной борьбой между различными политическими группировками. Во всех греческих государствах того времени существовали сторонники демократического строя, требовавшие сосредоточения верховной государственной власти в руках большинства граждан, организованных в народное собрание, и сторонники олигархии (буквально «власти немногих»), отстаивавшие такой порядок, при котором властью и политическим влиянием в государстве мог пользоваться только узкий круг состоятельных или родовитых граждан.

Само собой разумеется, что в обоих случаях в принципе речь может идти лишь о двух типах рабовладельческого государства. В рабовладельческую эпоху правами граждан в греческих государствах пользовалось лишь привилегированное меньшинство населения. Ни женщины, ни проживавшие в пределах полисной территории выходцы из других греческих общин (в Афинах, как мы знаем, они назывались метеками) никакими гражданскими правами не обладали, не говоря уже о совершенно бесправных рабах. «Рабовладельческие республики,— указывает В. И. Ленин,— различались по своей внутренней организации: были республики аристократические и демократические. В аристократической республике небольшое число привилегированных принимало участие в выборах, в демократической—участвовали все, но опять-таки все рабовладельцы, все, кроме рабов».

По своим историческим последствиям исключительно большое значение в истории древней Греции имело утверждение в Афинах в середине V в. до н. э. государственного строя античной рабовладельческой демократии. В самом конце VI в., как мы уже знаем, афинский демос в результате длительной и упорной борьбы навсегда уничтожил власть родовой аристократии и ликвидировал пережитки родового строя, тормозившие поступательное развитие производительных сил афинского общества. Однако новый государственный порядок, закрепленный реформами Клисфена, хотя и представлял собой крупную победу афинского демоса, далеко еще не означал утверждения в Афинах демократической (в античном смысле этого слова) формы государственного устройства. Ведущие должности в Афинском государстве и после реформ Клисфена могли занимать только наиболее состоятельные граждане, причисленные к высшим имущественным разрядам в соответствии с классификацией Солона. Из той же среды выбирался ареопаг, продолжавший сохранять свое политическое влияние, и совет пятисот. Очень показательно, что в последовавшие за реформами Клисфена годы и десятилетия в Афинах не было проведено ни одной более или менее радикальной реформы, направленной на повышение жизненного уровня рядовых афинских граждан. Таким образом, реформы Клисфена были лишь первым шагом на пути формирования демократического строя в Афинах. Для его окончательного утверждения потребовались еще десятилетия напряженной борьбы афинского демоса за свои права.

В период греко-персидских войн признанным вождем афинского демоса был Фемистокл. Его «морская программа» являлась по существу политической программой афинской демократии. С увеличением роли флота повышался удельный вес в общественной жизни Афин и тех, кто был с ним непосредственно связан,— афинских моряков, которые относились к наименее обеспеченным гражданам, причислявшимся к четвертому, самому низкому цензовому разряду фетов. Эти же граждане составляли обычное большинство в афинском народном собрании, политическое значение которого при Фемистокле заметно возрастает.

Усиление демократии в таком влиятельном государстве,, как Афины, привело к установлению демократических порядков и в ряде других городов Греции. Не без участия афинян утвердился демократический строй в Милете вскоре после его освобождения из-под власти персов. Демократические порядки утвердились также в городах Элиды и Фокиды, в Фивах, Аргосе и Мантинее. В некоторых полисах прежнее родовое деление заменяется территориальным, явно созданным по афинскому образцу. Так, например, в Милете после победы демократии были приняты введенные Клисфеном афинские названия фил.

Однако господство демократов в Афинах продолжалось недолго. После похода Ксеркса усиливается влияние ареопага — оплота афинских олигархов. Опираясь на активную поддержку Спарты, игравшей ведущую роль в антиперсидской коалиции, к власти в Афинах приходит олигархическая группировка. Политический противник Фемистокла — Аристид был возвращен из изгнания. Соединенные усилия афинских сторонников олигархического строя и Спарты привели к тому, что в 471 г. Фемистокл был изгнан из Афин остракизмом. Но и после изгнания Фемистокл не считал свое поражение окончательным. Он знал и видел, что в большинстве полисов Пелопоннеса демократические слои стремятся изменить существующий государственный строй в своих интересах и избавиться от спартанского господства. Для успешной борьбы необходимо было объединить все демократические силы. Поселившись в Аргосе, Фемистокл устанавливает контакты с демократами Пелопоннеса. Даже в самой Спарте нашлись люди, готовые действовать в союзе с Фемистоклом. Источники сообщают, что представитель царского рода Агиадов, Павсаний, герой битвы при Платеях, готовил политический переворот в Спарте. Он стремился свергнуть власть эфоров, привлекая для этого даже илотов. В поисках союзников для борьбы с устоявшимися и обладавшими большой прочностью спартанскими порядками Павсаний вступил в переговоры с персидским царем, возможно, обещав ему ряд уступок за помощь в борьбе. Когда случайно об этом стало известно, эфоры приняли решение об аресте Павсания. Он нашел убежище в храме Афины Меднодомной. Не смея нарушить освященное религией право убежища, спартанцы по приказу эфоров замуровали вход в храм, и Павсаний погиб от голода.

Одновременно спартанское правительство воспользовалось этим, чтобы избавиться и от Фемистокла, находившегося в соседнем Аргосе. Эфоры обвинили Фемистокла в том, что он принимал участие в сношениях Павсания с персами. Олигархическое правительство в Афинах потребовало вызова Фемистокла на суд в Афины. Однако у него было достаточно оснований быть уверенным в том, что суд этот превратится в расправу над ним. Поэтому в Афины он не явился и ограничился высылкой туда письменных объяснений. Тогда афинский суд заочно приговорил Фемистокла к конфискации имущества и смертной казни. После этого афинское правительство совместно со Спартой потребовало от Аргоса выдачи Фемистокла. Ему пришлось покинуть Аргос. После долгих скитаний Фемистокл, повсюду преследуемый политическими врагами, вынужден был бежать в Персию и обратиться с просьбой об убежище к персидскому царю. Тот принял его очень радушно и дал ему в управление город Магнесию в Малой Азии. Так закончилась политическая карьера Фемистокла, одного из наиболее выдающихся афинских деятелей того времени.

С 471 г. в Афинах прочно утвердилось правительство олигархов. После смерти Аристида, последовавшей три года спустя после изгнания Фемистокла, признанным вождем олигархической группировки стал Кимон. Он был ярым поклонником спартанского государственного строя и подражал спартанцам во всем, вплоть до одежды и образа жизни. Даже собственного сына в честь Спарты он назвал Лакедемонием. Как уже говорилось, Кимон был популярен в Афинах благодаря своим выдающимся военным успехам. Чтобы завоевать еще большую популярность, Кимон щедрой рукой раздавал деньги, устраивал праздники и игры, на собственные средства возводил общественные здания, украшал город портиками, городскую площадь обсадил платанами, пригородный парк (Академию) превратил в великолепную рощу с тенистыми аллеями и т. д. Он открыл двери своего сада и разрешил всем нуждающимся гражданам и метекам рвать плоды и овощи, «а дома у себя приказывал ежедневно готовить обед, хотя и скромный, но достаточный для пропитания многих»

Во внешней политике Кимон стремился к теснейшим контактам со Спартой. Однако сближению Афин и олигархической Спарты препятствовало то, что спартанское правительство с тревогой наблюдало за неуклонным ростом афинского влияния и считало для себя крайне опасным дальнейшее усиление Афин. Поэтому, где только возможно, Спарта старалась ослабить и подорвать влияние афинян. Так, спартанцы вступили в тесные сношения с Македонией, настроенной в то время враждебно к Афинам. Спартанское правительство спровоцировало в 465 г. восстание против афинян на острове Фасосе. Однако использовать его в своих целях спартанцам не удалось. В 464 г. в Лаконике произошло очень сильное землетрясение. Спартанские илоты воспользовались общим замешательством и подняли восстание против ненавистной им Спарты. Восстание это, известное под названием Третьей мессенской войны, быстро охватило всю Лаконику и Мессению. Предпринятая восставшими попытка овладеть городом Спартой, правда, не удалась, но спартанцы не смогли нанести илотам решительное поражение. Восставшие прочно утвердились в Мессении, сделав своим опорным пунктом гору Итому. Спартанцы осадили Итому, но взять ее они не смогли и были вынуждены обратиться за помощью к соседним государствам. Спартанские послы были направлены и в Афины.

Обращение спартанцев вызвало бурные споры в афинском народном собрании. Демократы были решительно настроены против посылки афинских войск в Мессению; лишь с большим трудом Кимону все же удалось убедить афинян послать отряд на помощь спартанцам. Однако появление у Итомы четырех тысяч афинских гоплитов не изменило положения. Более того, спартанское правительство заподозрило афинян в тайных сношениях с восставшими илотами и потребовало отзыва афинского отряда. Таким образом, проводимая Кимоном и его единомышленниками политика сближения со Спартой закончилась полным провалом.

Политические противники Кимона немедленно же воспользовались этим для того, чтобы перейти в решительное наступление. Вождем сторонников демократического преобразования государства в это время был Эфиальт. Кимону пришлось выдержать с ним тяжелую борьбу в народном собрании перед высылкой афинского отряда на помощь Спарте. Теперь последовал ответный удар Эфиальта по ареопагу. Против многих членов ареопага были возбуждены судебные процессы по обвинению их во взяточничестве, злоупотреблениях доверием сограждан и т. д. Эти процессы вскрыли перед всеми афинскими гражданами продажность и развращенность представителей этого прежде столь глубоко чтимого всеми афинянами учреждения. Удар по ареопагу оказался смертельным. В 462 г. афинское народное собрание приняло закон, по которому ареопаг лишался всех своих прежних функций и из авторитетнейшего органа государства превращался в простой суд по разбору уголовных преступлений. С политической его ролью было навсегда покончено. Практически это означало, что функции ареопага в политической жизни Афин теперь перейдут к народному собранию, которое превратится в подлинного носителя верховной государственной власти.

Во время проведения реформы ареопага Кимона в Афинах не было. Возвратившись из похода, он попытался вернуть потерянное, но безрезультатно. В 461 г. Кимона подвергли остракизму. Тогда его единомышленники пошли на крайнее средство: на Эфиальта было организовано покушение, и он был коварно убит из-за угла. Убийцы Эфиальта так и не были найдены и наказаны, хотя, по данным Аристотеля и Плутарха, имя одного из них было известно. Эфиальт был убит потому, что он был «страшен для олигархов и безжалостен к людям, совершавшим преступления против народа».

Убийство Эфиальта не обезглавило движения афинского демоса. Место Эфиальта сразу же занял его единомышленник и соратник Перикл — один из самых ярких и одаренных государственных деятелей античной эпохи. Перикл был сыном Ксантиппа, победителя персов в сражении у мыса Микале. По материнской линии он принадлежал к роду Алкмеонидов и был связан родственными узами со знаменитым реформатором Клисфеном.

Новое демократическое правительство Афин во главе с Периклом сразу же и резко изменило курс афинской внешней политики и действовало весьма энергично. Пользуясь тем, что Спарта все еще была занята борьбой с восставшими илотами, укрепившимися на горе Итоме в Мессении, Афины всячески стремятся усилить свое влияние в Греции. Так, они заключили союз с Аргосом, старым соперником Спарты в Пелопоннесе, и стали его активно поддерживать. В войне, вспыхнувшей между Аргосом и Спартой из-за Микен, афинские добровольцы сражались на стороне аргосцев. Война кончилась победой аргосцев, овладевших Микенами. После этого Афины и Аргос помогли древнему аркадскому поселению Мантинее возвести укрепления вокруг города и объединить население окрестных деревень. С этого времени Мантинея становится одним из опорных пунктов афинян в Пелопоннесе.

В 460 г. афиняне снова вмешались в дела Пелопоннеса, оказав военную помощь Мегарам, боровшимся с Коринфом. В Мегарскую область был введен афинский гарнизон. Проникновение туда афинян открывало перед ними торговые пути на Запад. Это не могло не вызвать сопротивления Коринфа, державшего под контролем торговые связи с Сицилией и Италией. К выступившему против афинян Коринфу присоединилась и Эгина, издавна конкурировавшая с Афинами на море. Остров Эгина вел торговлю в основном с Египтом, но усиление Афин создавало реальную угрозу того, что и здесь эгинцы будут оттеснены на второй план.

После проникновения афинян в Мегарскую область начались решительные военные действия между Коринфом и Эгиной с одной стороны и Афинами — с другой. Афинский флот, базой которого стали теперь мегарские гавани, нанес союзникам сокрушительное поражение. Афиняне осадили Эгину. Одновременно с этим афинское правительство, понимавшее неизбежность военного столкновения со Спартой, начало постройку так называемых Длинных стен, которые должны были соединить Афины с Пиреем. Благодаря постройке этих укреплений Афины становились неприступными с суши, на море же господствовал афинский флот.

Военные и дипломатические успехи, в короткий срок достигнутые Афинами, создавали прямую угрозу спартанской гегемонии в возглавляемом Спартой Пелопоннесском союзе. Хотя сопротивление засевших на Итоме илотов все еще не было сломлено, правительство Спарты принимает решение первым начать военные действия против афинян.

Воспользовавшись вспыхнувшей в 457 г. войной между Фокидой и Доридой, спартанцы посылают в Среднюю Грецию почти 20- тысячное войско. Формальным поводом для этого похода было оказание помощи Дориде, считавшейся древней родиной всех дорийцев. Истинная цель появления спартанских войск в Средней Греции состояла в том, чтобы подорвать здесь афинское влияние и оказать военную поддержку Фивам, готовым открыто выступить против Афин. Стоявшая в Фивах у власти аристократия давно уже с неослабевающей тревогой наблюдала за растущей мощью своего ближайшего соседа. С помощью Спарты фиванская олигархия мечтала возродить свою былую гегемонию над другими беотийскими городами. Но и тут на их пути стояли афиняне, поскольку на них ориентировались те из беотийских городов, в которых была сильна демократия.

Когда в Афинах стало известно о походе спартанцев в Среднюю Грецию, афинское правительство в свою очередь направило в Беотию 14-тысячное войско, в состав которого наряду с афинянами входили их союзники: аргосцы и фессалийцы. Так началась война, длившаяся с перерывами с 457 по 445 г., которую иногда называют Первой Пелопоннесской войной.

Первое крупное сражение при Танагре закончилось победой спартанцев и полным поражением афинян, которым изменила фессалийская конница: в разгар боя она предательски перешла на сторону врага. Однако афиняне сумели быстро оправиться от нанесенного поражения. Через два месяца после битвы при Танагре афинская армия под руководством Миронида вторглась в Беотию и в битве при Энофитах разгромила союзников Спарты фиванцев. Вскоре после этого афиняне овладели Эгиной.

К внешнеполитическим успехам Афин в середине 50-х годов V в. до н. э. следует отнести и создание опорного пункта в борьбе против Спарты на северном побережье Коринфского залива, в Навпакте. Илоты, осажденные на горе Итоме, вынуждены были сдаться на 10-й год после начала восстания. Однако осажденные выговорили себе право свободного ухода из Пелопоннеса. Афиняне взяли покинувших Пелопоннес илотов под свое покровительство и поселили их на недавно завоеванной ими территории Навпакта, где илоты образовали свое государство. Для оставшихся в Спарте илотов это новое государство было постоянной приманкой, побуждая их к возобновлению борьбы за свое освобождение.

Таким образом, несмотря на победу при Танагре, внешнеполитическое положение Спарты продолжало ухудшаться. Казалось, настал конец почти столетней гегемонии Спарты в Пелопоннесе.

Во внутренней жизни Афин в эти же годы произошли некоторые демократические преобразования. Афиняне, по словам Аристотеля изменили в 457—456 гг. порядок избрания архонтов. Раньше в архонты избирали только представителей высших имущественных разрядов. Теперь эта высокая должность была доступна и зевгитам — третьему и, вероятно, по цензовой разбивке самому многочисленному слою граждан. Как указывает Аристотель, фактически высшие должности могли в этот же период занимать также и беднейшие граждане из разряда фетов. Несколько позже были восстановлены суды по демам, которые были учреждены в интересах крестьян еще Писистратом.

Однако господство сторонников демократического строя в Афинах продолжалось недолго. Серьезные неудачи афинской политики в Египте ослабили Афины и свели на нет достигнутые успехи в борьбе со Спартой. В Египте за несколько лет до описываемых событий началось восстание против персидского владычества. Вождь восставших, ливийский правитель Инар, обратился за помощью к Афинам. Афиняне, соблазненные возможностью беспрепятственно получать египетский хлеб, решили поддержать восстание. В Египет было послано 200 афинских боевых кораблей. Афинское войско, соединившись с египетскими повстанцами, нанесло персам сокрушительный удар. Остатки персидской армии укрепились в Мемфисе. Осада этой твердыни, предпринятая совместно афинянами и египтянами, велась очень вяло. Между тем персидский царь собрал новое войско и направил его в Египет. Афиняне и их союзники, осаждавшие Мемфис, потерпели тяжелое поражение. Большая часть афинского войска и значительная часть кораблей были уничтожены. «Великий поход», как его называет Фукидид, закончился катастрофой. Снова над Грецией нависла угроза персидского нашествия. Опасность была настолько реальной, что казна Афинского морского союза в том же году была перевезена с Делоса в Афины (454 г.).

Военные неудачи подорвали авторитет демократических деятелей. Существуют веские основания думать, что на некоторое время демократы утратили руководящее положение в Афинах. Во всяком случае мы знаем, что вернувшийся по истечении срока остракизма вождь афинских олигархов Кимон вновь был избран стратегом. Он и его единомышленники считали, что перед лицом «варваров» два сильнейших государства Греции должны забыть свои распри. Противникам демократии это было выгодно и потому, что они всегда могли рассчитывать на поддержку спартанцев в борьбе с демократическим строем в Афинах. Именно деятелям этого направления удалось добиться заключения пятилетнего перемирия между Афинами и Спартой. Спартанское правительство признало оккупацию Афинами Мегариды, а афиняне обязались не поддерживать в дальнейшем демократическое движение в Пелопоннесе. Отказ от борьбы со Спартой привел к тому, что Афины потеряли своего важнейшего союзника в Пелопоннесе — Аргос. Аргосцы не могли продолжать борьбу со Спартой в одиночку и заключили мир со спартанцами на 30 лет.

Для афинской внешней политики это был серьезный удар. Борьба со Спартой диктовалась жизненными интересами Афинской державы, к которой тяготели демократические элементы всей Греции. Прекращение этой борьбы не могло не отразиться на политическом престиже афинян и не привести к утрате ими союзников в Пелопоннесе и других частях Греции. Ущерб, понесенный Афинами, не мог быть возмещен активизацией войны с Персией, проводившейся под популярным лозунгом «защиты Греции от варваров». Хотя персы, продолжавшие борьбу в Египте, вряд ли намеревались воевать с греками, сторонники Кимона провели в афинском народном собрании решение о посылке нового флота к острову Кипру и в Египет. Кимон во время этого похода умер. Несмотря на одержанную при Саламине на Кипре победу над персами (449 г.), смерть популярного вождя ослабила позиции его единомышленников. Политические противники Кимона, воспользовавшись настроением демоса, добились посылки одного из свойственников Перикла — Каллия для переговоров с персами. Каллиев мир (449 г.) рассматривался сторонниками олигархического строя как измена общегреческому делу. По возвращении на родину Каллий был оштрафован на огромную сумму — 50 талантов.

Это свидетельствует о том, что у власти в Афинах в тот период все еще стояло олигархическое правительство. Вождем олигархов после смерти Кимона стал его зять Фукидид, сын Мелесия из дема Алопеки. Однако положение противников демократического строя было крайне неустойчиво. Народное собрание колебалось, кому отдать предпочтение,— каждый день можно было ожидать, что большинство в народном собрании снова окажется на стороне вождей демократии. В Спарте это очень хорошо понимали и с тревогой думали о том, что Афины могут возобновить свою активную внешнюю политику и, стремясь наверстать упущенное, будут пытаться подчинить своему влиянию полисы, еще не вошедшие в Афинский морской союз. О существовании подобных намерений у афинян свидетельствовал намечавшийся вождем демократии Периклом созыв общеэллинского конгресса в Афинах. Формально этот конгресс должен был обеспечить свободу мореплавания и восстановить святыни, разрушенные персами, но на самом деле Перикл стремился к превращению Афинского союза в общегреческий. Спартанцы разгадали эти планы и воспротивились созыву конгресса. В результате представители всех греческих городов- государств так и не смогли собраться в Афинах.

Но срывом конгресса антиафинская деятельность спартанцев не ограничилась. Они были убеждены, что только активными действиями можно предотвратить дальнейший рост афинского могущества, и поэтому в 449—448 гг. предприняли новый поход в Среднюю Грецию. Здесь они нанесли удар по союзной с Афинами Фокиде. Это выступление спартанцев, вдобавок еще поддерживавших все антиафински настроенные слои населения Беотии, окончательно открыло глаза афинскому народному собранию. Для подавляющего большинства афинских граждан стало совершенно очевидным, что проспартанская политика несовместима с интересами Афин. С этого времени власть и руководство внешней политикой Афин на долгое время переходят к Периклу и его единомышленникам.

Хотя вскоре после вторжения спартанцев в Среднюю Грецию афинянам удалось восстановить власть Фокиды над Дельфами, обстановка в Беотии оставалась напряженной. В этой, по преимуществу земледельческой, области Греции поддерживаемые Афинами сторонники демократического строя не имели твердой почвы под ногами. Теперь, когда после похода спартанцев бывшие в изгнании аристократы вернулись в Беотию, афинское влияние стало падать, и большинство беотийских городов отошло от Афин. Как сообщает Плутарх, Перикл считал в этот момент вторжение в Беотию слишком рискованным, но в народном собрании одержало верх мнение другого стратега, Толмида. По его настоянию в Беотию против отпавших от афинян городов была отправлена тысяча афинских гоплитов и отряд союзников. Толмид сам возглавил эти силы. Предпринятый им поход, однако, закончился очень неудачно для афинян. В битве при Коронее Толмид потерпел тяжелое поражение: часть его отряда была уничтожена, другая часть попала в плен, сам он был убит. После этого Афины были вынуждены в обмен на попавших в плен воинов полностью очистить Беотию. Беотийские города (кроме Платей) вошли в созданный под гегемонией Фив Беогийский союз, настроенный резко враждебно по отношению к Афинам.

Последствия поражения афинян в Беотии не замедлили сказаться. От афинян отпала Эвбея, а в Мегарах произошел олигархический переворот, причем восставшие почти полностью вырезали афинский гарнизон. Афины были поставлены перед необходимостью направить свои войска и на Эвбею и в Мегариду. Тяжелым положением афинян немедленно воспользовались спартанцы, войска которых вступили в Мегариду, чтобы поддержать восставших. Во главе спартанской армии стояли малолетний царь Плистоанакт и эфор Клеандрид, который фактически и руководил походом. Из Мегариды спартанцы вторглись в Аттику и дошли до Элевсина. Навстречу им афиняне направили спешно вызванные с Эвбеи войска под командованием Перикла. Однако сражения не произошло. Неожиданно для всех спартанцы повернули назад.

Когда спартанское войско вернулось в Спарту, царь и Клеандрид были привлечены к суду, обвинены в получении взятки от афинян и вынуждены были бежать из Лакедемона. Это обвинение вскоре было официально подтверждено. Когда Перикл в афинском народном собрании отчитывался о своей деятельности за истекший год (как это обычно делали афинские стратеги), он сказал, что истратил значительную сумму государственных денег (10 талантов) «на нужное дело». Присутствующим нетрудно было догадаться, что это за «нужное дело», и понять, что эти 10 талантов спасли афинян от тяжелых военных потрясений.

После ухода спартанских войск из Аттики афиняне довольно легко восстановили свою власть над отпавшей Эвбеей. Часть жителей этого острова была выселена за его пределы, а на принадлежавших им ранее землях поселены афинские граждане — колонисты. Для взаимоотношений, существовавших в то время между Афинами и их союзниками, очень характерен договор афинян с эвбейским городом Халкидой, текст которого в виде надписи дошел до нашего времени. Согласно этому договору, халкидяне должны были поклясться в том, что они «ни делом, ни помыслом, ни словом» не восстанут против Афин, не будут повиноваться тому, кто восстанет, сообщат афинянам, если узнают о готовящемся восстании и будут беспрекословно выплачивать установленный им форос и «защищать афинский народ, если кто-либо нанесет ему обиду». Бросаются в глаза властный тон этого договора и его вопиющее неравноправие.

Описанными выше событиями заканчивается Первая Пелопоннесская война. Афинам удалось сохранить целостность возглавляемого ими Афинского морского союза, а Спарта в конце концов вынуждена была примириться с существованием афинской гегемонии над многими греческими городами. В 445 г. между Афинами и Спартой был заключен договор о тридцатилетнем мире на том условии, что Афины возвратят захваченную ими Мегариду и другие опорные пункты в Пелопоннесе. Из территорий, завоеванных афинянами, за ними оставались только остров Эгина и Навпакт.

Тридцатилетний мир, однако, не мог быть прочным. Вся Эллада распалась на два враждебных друг другу лагеря: возглавляемый Спартой Пелопоннесский союз и Афинский морской союз, фактически представлявший собой морскую державу афинян. Глубокие противоречия разделяли оба эти обьединения. В союзных Афинам городах преобладала демократия, в городах Пелопоннесского союза — олигархия. В каждом греческом городе этого времени постоянно происходили острые столкновения между демократическими и олигархическими группировками, вызываемые непримиримыми противоречиями между бедностью и богатством, порожденными рабовладельческим обществом. И в каждом городе, вне зависимости от того, к какому из двух объединений он принадлежал, демократические слои ориентировались на афинян, а сторонники олигархического строя искали поддержки у консервативной Спарты — оплота реакционных течений во всей Греции. При всех этих условиях острое столкновение между объединением греческих полисов, возглавляемым Афинами, и Пелопоннесским союзом становилось исторически неизбежным. Перикл это прекрасно понимал: чуть ли не сразу же после заключения тридцатилетнего мира со Спартой он стал готовить Афины к продолжению борьбы.

Длительные военные действия против Спарты и продолжавшаяся демократизация афинского государственного строя все больше ослабляли позиции афинских сторонников олигархии. На третий год после заключения мира со Спартой олигархическая группировка утратила всякое влияние в Афинах, а ее вождь, Фукидид из Алопеки, был изгнан из Афин остракизмом (443 г.). После изгнания Фукидида фактическим руководителем афинской политики становится Перикл. В звании первого стратега он почти бессменно в течение 15 лет возглавляет Афинское государство (444—429). Этот период принято называть «золотым веком Перикла».

2. Афинская конституция при Перикле

В годы, связанные с именем Перикла, окончательно сложилась демократическая конституция Афин в ее классической форме. Процесс формирования этого государственного строя был длительным — начало его восходит к реформам Солона и Клисфена. Последующие изменения отдельных характеризующих афинский государственный порядок установлений происходили лишь постепенно. Так, цензовый порядок, созданный Солоном, формально продолжал сохраняться и после перехода политической власти к демократам и никогда официально не отменялся. Однако фактически все афинские граждане получили возможность занимать высшие должности. Исключение составляли должности эллинотамиев — казначеев Афинской державы. Для занятия этой должности требовался ценз, так как казначеи должны были отвечать своим имуществом за вверенную им казну.

Свидетельством демократизации государственного строя явился также прочно установившийся порядок избрания должностных лиц не голосованием, а по жребию. Обычай жеребьевки не распространялся лишь на те должности, которые требовали специальных знаний или особых талантов. Например, стратеги всегда выбирались голосованием. Таким образом, предполагалось, что каждый афинский гражданин имеет право занимать любую должность, и жребий должен был решить, будет ли он ее занимать в данном году. Кроме того, жеребьевка исключала возможность предварительного воздействия на избирателей.

Чтобы практически дать возможность любому гражданину пользоваться во всей полноте предоставленными ему политическими правами, было установлено вознаграждение должностным лицам за выполнение ими государственных обязанностей. При Перикле членам афинского суда начали выплачивать жалованье в размере двух оболов, что составляло средний прожиточный минимум афинского ремесленника. Позже было введено жалованье членам совета пятисот, архонтам и лицам, занимавшим другие государственные должности. Вознаграждение за несение общественных обязанностей было началом широко распространившейся впоследствии системы раздач. Возможно, что уже при Перикле беднейшим гражданам стали выдавать теорикон—театральные деньги. Раздача этих денег из афинской государственной казны предоставляла неимущему афинянину возможность регулярно посещать театральные представления. Дело в том, что демократическое правительство придавало театральным представлениям большое воспитательное значение. Театр играл очень важную роль в общественной жизни древних афинян.

Следует, однако, помнить, что афинская демократия была демократией рабовладельческой. Те средства, которые демократическое правительство щедрой рукой раздавало афинскому демосу, добывались ценой жестокой эксплуатации рабов и беспощадного угнетения населения городов, попавших в зависимость от Афин. При этом характерной исторической особенностью афинской демократии, как и других античных демократий, было то, что полноправные граждане отнюдь не представляли большинства населения. Выше уже указывалось, что ни женщины, ни метеки правами граждан в античных государствах не пользовались, не говоря уже о бесправной массе рабов. Хотя у древних греков не было статистики, но на основании всякого рода косвенных данных можно с полной уверенностью считать, что в самые лучшие времена истории Афин численность полноправных граждан составляла 20—30 процентов общего числа жителей Афин и Аттики. Это гражданское полноправное меньшинство отнюдь не было расположено делиться своими привилегиями с остальной частью неполноправного населения. Увеличение численности граждан в глазах полноправных афинян угрожало сокращением тех благ, которыми они как граждане пользовались. Весьма показательно, что не кто иной, как вождь афинской демократии Перикл в 451—450 гг. провел через народное собрание закон, согласно которому только тот мог обладать полными гражданскими правами, у кого и отец и мать были коренными афинянами. Число люаей, которые могли пользоваться благами демократического строя, тем самым было сокращено и ограничено.

Государственное устройство Афин после всех происшедших в нем изменений в годы пребывания Перикла у власти было следующим. Верховным органом государства признавалось народное собрание, или экклесия. При Перикле экклесия превратилась в регулярно действующий высший государственный орган. Она собиралась от двух до четырех раз в месяц в Афинах, на холме Пниксе. Экклесия обсуждала и принимала законы, решала все важнейшие дела общины, вопросы войны и мира, продовольственного снабжения города, принимала отчеты должностных лиц, осуществляла высший государственный контроль, рассматривала судебные дела в последней инстанции и т. д. Аристотель, наш главный авторитет в области политико-правовых учреждений древней Греции, так описывает функции и порядок работы экклесии.

Из народных собраний — «одно главное, в котором полагается производить проверку избранных властей — находит ли народ их распоряжения правильными, — затем обсуждать вопросы относительно продовольствия и защиты страны; далее в этот день все желающие могут делать чрезвычайные заявления; наконец, полагается читать описи конфискуемых имуществ и заявления об утверждении в правах наследства и о наследницах, чтобы все были осведомлены о каждом открывшемся наследстве»

Активными правами в экклесии пользовались все афинские граждане, достигшие 20-летнего возраста, без ограничения имущественным или каким-либо иным цензом.

Превращение экклесии в постоянный, регулярно действующий орган отразилось на положении и функциях другого важного политического органа Афинского государства — совета пятисот. Этот совет состоял из десяти избиравшихся по филам пританей по 50 человек в каждой. Каждая из пританей по очереди в строго определенное время года (в соответствии с этим год в Афинах был разделен на десять частей) осуществляла свои функции. Совет пятисот оставался высшим правительственным органом. Он стоял во главе государства, ведал делами войны и мира, на нем лежали различные административные функции: управление афинскими финансами, надзор за арсеналами, доками, флотом, контроль над торговлей и ее регулирование, контроль над должностными лицами. Но одной из главных функций совета было предварительное обсуждение дел, поступающих на рассмотрение народного собрания. Он был прежде всего совещательным органом, «советом предварительных обсуждений».

Некогда всемогущая коллегия архонтов почти утратила свое былое значение, поскольку должностных лиц назначала и контролировала экклесия. Избирались архонты по жребию, как и все прочие должностные лица, за исключением стратегов, которые выбирались в экклесии открытым голосованием (хиротония).

Высшей судебной инстанцией и органом государственного контроля оставался суд присяжных — гелиея. После реформы ареопага, проведенной Эфиальтом, гелиее были возвращены многие прежние ее права. Афинская гелиея состояла из шести тысяч человек, выбираемых по жребию по 600 человек от каждой филы. Из присяжных составлялись специальные судебные комиссии обычно по 500 человек. Ни особых государственных обвинителей, ни защитников-профессионалов в афинском суде не существовало. Гражданский долг обязывал каждого полноправного афинянина, если он замечал какие-либо правонарушения, привлекать виновного к суду и выступать против него с обвинением. Каждый гражданин, привлеченный в суд в качестве обвиняемого, должен был сам себя защищать, хотя в большинстве случаев защитительные речи для обвиняемых составлялись, нередко за большую плату, лицами, знакомыми с ведением судебных дел. Во время судебного заседания в присутствии судей-присяжных происходили прения сторон и опрашивались свидетели. При этом, если по ходу дела в качестве свидетеля должен был выступать раб, его показания считались действительными лишь в том случае, если он давал их под пыткой. В этом, в частности, проявлялась рабовладельческая сущность суда в демократических Афинах.

Судебные решения выносились судьями-присяжными путем голосования. Если при вынесении приговора голоса судей делились поровну и за оправдание обвиняемого подавалось столько же голосов, сколько и за осуждение, обвиняемый оправдывался. В этих случаях считалось, что сама богиня Афина, покровительница города, незримо присутствовала в афинском суде и каждый раз подавала свой голос за оправдание обвиняемого. Длительность судопроизводства приводила к тому, что в гелиее накапливалось много дел, и они подолгу залеживались. В круг полномочий гелиеи входили не только судебные дела самой Аттики и Афин, но и всего Афинского государства. При Перикле судебные процессы, состав судей и их функции были упорядочены. Число гелиастов (присяжных) для каждой коллегии было точно определено.

Следующим государственным органом Афин была коллегия десяти стратегов, значение которой сильно возросло со времени греко-персидских войн. Афинские стратеги командовали флотом и войсками, ведали всеми внешнеполитическими делами Афинского государства и представляли его во время дипломатических переговоров, занимались финансовыми делами и т. д. Коллегия десяти стратегов была единственным в Афинском государстве учреждением, где переизбрание допускалось неограниченное число раз. Если стратеги не оправдывали доверия, оказанного им при избрании, злоупотребляли своей властью или по их вине Афины терпели поражения, стратегов можно было до срока отстранить от должности и предать суду. Известны случаи, когда не оправдавшие доверия стратеги присуждались к штрафам, конфискации имущества, изгнанию, а иногда и смертной казни. Даже Перикл, который оставался первым стратегом 15 лет, при первой же крупной военной неудаче был смещен и приговорен к штрафу. За отправление должности стратега в годы Перикла никакого вознаграждения из государственной казны не выплачивалось, поэтому на эту должность могли претендовать только вполне обеспеченные люди.

Помимо стратегов и архонтов, в Афинах ежегодно избиралось большое число самых разнообразных должностных лиц, ведавших различными отраслями государственного управления: наблюдением за порядком на рынке и в городе, сбором пошлин, выпуском монеты и т. д.

Все афинские граждане пользовались полной свободой слова и свободой законодательной инициативы. Всякий гражданин имел право предложить народному собранию вынести какое-либо постановление, поставить на обсуждение проект нового закона или возбудить вопрос об отмене существующего. Однако процедура прохождения и утверждения нового закона или отмена старого сопровождалась соблюдением сложных формальностей, при помощи которых законодатели стремились оградить афинский рабовладельческий строй от случайностей и потрясений. Кроме того, в течение года можно было подать в специальную судебную коллегию жалобу о том, что вынесенное народным собранием постановление или утвержденный закон противоречит основным афинским установлениям и приносит вред, а не пользу. Жалоба эта в афинском государственном праве называлась графэ параномон. Если основательность жалобы подтверждалась, гражданин, предложивший признанный вредным закон, привлекался к судебной ответственности. Его могли присудить к штрафу, а иногда и к смертной казни.

Таков был в общих чертах установившийся в середине V в. государственный строй Афин. Это был период относительно высокого развития демократии, ограниченной, однако, как уже указывалось, ее рабовладельческой основой. К тому же надо подчеркнуть, что, несмотря на установившуюся практику оплаты должностей, не все граждане располагали реальными возможностями использования своих политических прав. В годы Перикла участие в народном собрании, например, не оплачивалось. Поэтому граждане, жившие трудом своих рук, не могли позволить себе каждый десятый день проводить в народном собрании. И крестьянам из поселений, расположенных далеко от Афин, не по силам было тратить два-три дня на посещение народного собрания, особенно в сезон сельских работ. Поэтому число присутствовавших в народном собрании обычно не превышало двух-трех тысяч, преимущественно жителей Афин.

3. Афинская держава (архе)

Делосская симмахия в силу объективных факторов превращалась в Афинскую державу (архе). Постепенно руководство делами Делосской симмахии переходило к Афинам, из первого союзника превращавшимся в гегемона, диктовавшего свою волю союзу. По словам Фукидида, афиняне в своих распоряжениях и приказах уже не думали, как прежде, о том, нравится это союзникам или нет, и не считали себя в походе равными с остальными. В случае же отказа союзников выполнять директивы Афин, афиняне без труда заставляли членов союза повиноваться.

О превращении Делосской симмахии в Афинскую архе свидетельствовало перенесение союзной казны с острова Делоса в Афины (454 г.) и передача наиболее важных дел союзников на разбор и решение афинской гелиее. Большинство союзников не участвовало в поставке оснащенных кораблей с экипажами. Этим занимались Афины. Союзники же должны были лишь уплачивать определенные взносы — форос, — на которые афиняне строили все новые и новые корабли.

Первоначальная сумма фороса была установлена афинянами сразу же после основания Делосского союза. По рассказу Плутарха, после организации Делосской симмахии союзники просили афинян прислать к ним Аристида, слывшего добрым и честным человеком, для установления «умеренного взноса» сообразно с силами каждого города. Афиняне удовлетворили просьбу союзников и поручили Аристиду по справедливости установить норму взноса. Аристид определил общую сумму фороса в 460 талантов. Эта сумма сама по себе и в особенности по сравнению с форосом более позднего времени казалась весьма умеренной.

Для уплаты фороса все члены Делосского союза были распределены по географическому принципу сначала на три, а затем на пять округов. Каждый из этих округов возглавлялся афинскими уполномоченными, наблюдавшими за своевременностью выплаты фороса. Сумма фороса все время повышалась. Через несколько десятилетий после основания союза она достигла 600 талантов, а во время Пелопоннесской войны (425 г.) доходила до 1300 талантов. Кроме фороса, союзники платили всевозможные пошлины, несли судебные расходы, содержали афинские гарнизоны, оплачивали присылаемых из Афин чиновников — обследователей, надзирателей (епископов) и многих других.

Вторую статью афинских поступлений составляли торговые пошлины, сдаваемые обычно на откуп частным лицам или откупным компаниям (телонай). Афины при Перикле превратились в торговый центр мирового значения. Через главный афинский порт Пирей шли торговые пути во всех направлениях, в частности транспортный путь с востока и северо-востока на запад и юго-запад —с Черного моря в Адриатическое. Пошлины в Пирее взимались в размере 2 процентов с облагаемого груза.

Немалый доход государственному казначейству приносили отдаваемые на откуп государственные владения — Пангейские и Лаврийские рудники, а также каменоломни, солончаки и т. д. К разряду государственных доходов надо причислить и займы, получаемые в критические моменты у частных лиц и учреждений, особенно у храмов. Так, например, в 422 г. был произведен колоссальный заем у храма богини Афины, в сокровищнице которого накануне Пелопоннесской войны хранилось около 10 тысяч талантов.

Казначейство афинского державного полиса помещалось в храме Афины (Парфеноне), покровительницы города, на акрополе. Казной заведовали особые казначеи.

Афинская архе, в состав которой входило около 200 государств неодинаковой величины и значения, при Перикле достигла высшего могущества. Число жителей на всей территории, подвластной Афинам, достигало 10—15 миллионов. Число жителей Аттики равнялось приблизительно 410—420 тысячам. Из них меньшую часть составляли полноправные граждане (их насчитывалось около 42 тысяч), остальные были женщины и несовершеннолетние (около 96 тысяч), метеки и рабы. Последних было не менее половины всего населения.

Вооруженные силы Афин состояли из союзного флота, который во время Пелопоннесской войны насчитывал до 400 триер, и сухопутной армии, состоявшей из 27 тысяч человек. Для античного мира это была внушительная сила. Воинская повинность в Афинах соблюдалась очень строго. Все граждане — мужчины от 18 до 60 лет — обязаны были нести военную службу. Граждане первых трех классов служили в регулярном ополчении, пешем и конном, феты служили легковооруженными стрелками, пращниками и гребцами на судах. Молодежь от 18 до 20 лет (эфебы) несла гарнизонную службу внутри страны и на границах государства. Как указывает Аристотель, Афинская архе прежде всего была военной организацией, «политией воинов».

Военное превосходство обеспечивало Афинам гегемонию над союзниками и торговую монополию в Эгейском море.

Афиняне считали, что они могут распоряжаться союзными общинами по своему усмотрению как своими подданными. На той же точке зрения стоял и Перикл, признанный глава Афинской архе.

Во время греко-персидских войн Аристид увещевал афинян собрать силы, разгромить неприятеля и утвердить свою гегемонию в Эгейском море. Тогда, говорил он, доходы будут у всех афинских граждан. Одних обеспечит служба в войсках и участие в походах, других — гарнизонная служба, третьих — общественные должности и т. д. Как для Аристида, так и для Перикла было само собой очевидно что средства на содержание афинских граждан должны доставлять союзники и рабы. Согласившись с этим, прибавляет Аристотель, афиняне начали «чрезмерно деспотично относиться к союзникам»

Мало-помалу город Афины превратился в гегемона Афинской архе. На взносы союзников и пошлины содержалось более 20 тысяч афинских граждан. Сюда входили булевты (члены совета пятисот), гелиасты, всадники, стрелки, базарная полиция, иноземная стража и многие другие мелкие должностные лица.

Усиление фискального (податного) нажима Афин было одной из главных причин недовольства союзников афинской гегемонией. Эти причины, говорит Фукидид, различные, но самая важная из них — непосильные взносы (форос), поставка кораблей и их экипировка.

Восстания союзников нередко приводили к отпадению союзных городов и к выходу из архе. Наиболее крупным из всех известных нам восстаний было восстание на острове Самосе в 440 г.

Восстание на Самосе и одновременно с ним восстание в Византии приняли очень широкие размеры, угрожая вылиться в настоящую войну. Афинский флот под Самосом потерпел поражение. После этого против непокорного союзника выступил сам Перикл, считавшийся незаурядным стратегом. Но и ему потребовалось около года, чтобы подавить сопротивление восставших. Лишь после долгих усилий город был взят с боем. После восьмимесячной осады самосцы сдались на милость победителей, расправившихся с ними крайне жестоко: Самос должен был выдать свой флот, срыть стены и заплатить большую контрибуцию.

Расправа с Самосом — лишь один пример политики великодержавных Афин, беспощадно подавлявших любую попытку союзников освободиться от их тяжелой опеки. Афины смотрели на себя как на спасителей Греции от варваров, и на этом основании распоряжались материальными ресурсами архе по собственному усмотрению. Перикл в этом случае лишь отражал общее настроение и выступал исполнителем воли державного афинского демоса.

«Афиняне,— говорит комик Телеклид,— дали Периклу право брать дань с городов и присоединять города, одних лишать свободы, а других по произволу награждать, позволять возводить им каменные стены, чтобы потом их разрушать, право нарушать мирные договоры, увеличивать государственную казну и обогащать граждан».

Чтобы привести союзников к повиновению и продемонстрировать врагам Афин, грекам и варварам, силу афинского флота, Перикл в 437 г. организовал экспедицию на побережье Черного моря. Целью экспедиции Перикла, согласно официальной декларации, являлась демонстрация мощи Афинской державы, «смелости и бесстрашия афинян, когда они свободно плавают по всем морям, считая себя владыками моря». Афинская флотилия под начальством самого Перикла через Эгейское море направилась r Геллеспонт и Пропонтиду, а оттуда в Понт.

Образование Афинской морской державы, сопровождавшееся фактическим переходом под власть афинян проливов и важных торговых пунктов, сыграло, несомненно, большую роль и в истории Причерноморья. Ряд городов Северного и Южного Причерноморья оказался в прямой или косвенной зависимости от Афин.

Существуют основания предполагать, что такие северочерноморские города, как Нимфей на побережье нынешнего Керченского пролива — древнего Боспора Киммерийского — и Ольвия в устье Буго-Днепровского лимана, вошли в состав Афинского союза. О зависимости от Афин Пантикапея — боспорской столицы — никаких сведений нет. В 438—437 гг. на Боспоре у власти утвердилась новая династия Спартокидов. Имя Спарток— фракийское, но ряд исследователей считает, что Спарток был одним из представителей местной эллинизированной знати. Под властью этой династии Боспор превращается в крупное по масштабам того времени и сильное государство. Поэтому маловероятно, чтобы Боспор попал в зависимость от Афин.

Утвердить свое влияние в этих областях для Афин было чрезвычайно важно, ибо с давних пор Аттика жила привозным хлебом. Вследствие конкуренции городов, входивших в Пелопоннесский союз, ввоз хлеба из италийских греческих городов и Сицилии был затруднен, и причерноморские области оставались главной житницей как Афин, так и их союзников. В отдельные пункты черноморских побережий направляются афинские колонисты.

Афинские колонии — клерухии служили проводниками афинской политики и влияния в союзных полисах и общинах. Клерухии, наполовину земледельческие, наполовину военные поселения, избавляли город от бедных и недовольных элементов. В то же время они составляли опору афинской державы в союзных областях, представляя собой постоянные гарнизоны.

Афинские клерухии имелись на островах Лемносе, Имбросе, Эвбее, Наксосе, Андросе, в Херсонесе Фракийском, на полуострове Халкидике, во Фракии (Брея) и т. д. В общей сложности на земли союзников было выведено около 10 тысяч афинских поселенцев. По плану Перикла в 443 г. в Южной Италии на месте Сибариса был основан город Фурии, в числе жителей которого было много афинян. Фурии были независимы, но состояли в союзе с Афинами.

В социально-политической жизни Афин V в. клерухии играли очень большую роль. В известной мере правильно утверждение, что одной из главных причин упадка афинской демократии в послеперикловское время было прекращение вывода колоний, вызванное тем, что сократилась зависимая от Афин территория.