История Древней Греции

Расцвет греческих полисов

5. Греческая культура классического периода

1. Всенародные празднества

Расцвет греческой культуры классического периода тесно связан с развитием рабовладельческой демократии.

Господствовавшая в VIII—VI вв. аристократическая идеология в V—IV вв. уступила место демократической. Демократия несла с собой новые чувства, мысли и идеи. Крупнейшим центром культуры в это время стали демократические Афины. Наиболее отчетливо борьба форм идеологии и победа демократических идей проявились в культурной жизни Афин V—IV вв.

В идеологии аристократии отразилось мироощущение и миропонимание небольшого круга людей, смотревших на себя как на избранников и как на высшую человеческую породу. Мысли и чувства аристократии устремлялись к далекому прошлому, к героическим векам гомеровской эпохи или же концентрировались вокруг интимных переживаний.

Демократия привлекла к участию в общественной жизни широкие массы свободных граждан, повысила значение и права отдельного гражданина. Это, в частности, нашло выражение во всенародных празднествах в честь наиболее популярных греческих богов — Афины, Деметры и Диониса.

В честь Афины Паллады — покровительницы города — справлялся праздник Панафиней (Всеафинские празднества), в котором участвовало все афинское население. По преданию, учредителями этого праздника были легендарные афинские цари — Эрихтоний и Тесей, объединивший Аттику. Программа ежегодного праздника состояла из конных ристалищ, к кото­рым потом были добавлены гимнастические, а при Перикле — и музыкальные состязания. Для последних Перикл выстроил специальное здание — Одеон (от слова одэ — «песня»). Важнейшей составной частью музыкальных состязаний было исполнение гомеровских песен (рапсодий) певцами-рапсодами. Во время Панафинейского праздника все жители Афин торжественно шествовали к статуе богины Афины. Участники шествия несли богине подарки — сотканный из шафрана пеплос, ветви оливы и др. Классовое неравенство сказывалось и здесь: дочери вольноотпущенников и метеков, например, несли зонты и кресла для знатных афинских граждан.

Всенародное значение приобрели также празднества в честь Деметры (элевсинские мистерии) и цикл празднеств, посвященных богу Дионису (Дионисий); как уже отмечалось, первоначально они были земледельческими праздниками одних крестьян.

2. Греческий театр

Из хоровых песен, прославлявших Диониса (дифирамбов), возникла, как сообщает Аристотель, греческая трагедия. Слово «трагедия» в буквальном переводе означает «песнь козлов». Одетые в козлиные Щкуры участники празднества изображали спутников Диониса — сатиров, которые не только пели, но и «действовали» («драма» означает «действие»). В культе сохранилось много пережитков глубокой старины: оргиастических плясок под резкие звуки флейт, бубнов и тимпанов, экстатического опьянения, заклания животных и т. д. Культ Диониса распространяется с VII в. во многих городах. В Афинах со времени Писистрата устройством малых (сельских) и больших (городских) Дионисий стало заниматься государство, и культ Диониса, вопреки религиозным традициям аристократии, пре­вратился в общегосударственный, что свидетельствует о демо­кратизации афинской общественной жизни.

Первоначально дифирамбы в честь Диониса исполнялись хором на народных празднествах. Большим шагом вперед было появление актера. Он пояснял зрителям происходящее на сцене и за сценой, по ходу своего повествования обращаясь к хору. Вот этот разговор — диалог — между актером и хором и послужил основой для последующего развития театральных представлений.

Первые трагедии были созданы в Афинах еще в VI в. Согласно античной традиции, первым афинским трагическим поэтом был Феспид. В годы ионийского восстания Фриних поставил трагедию «Взятие Милета», которая заставила зрителей плакать. По преданию, власти наложили на автора большой штраф за то, что он напомнил о близких всем несчастьях.

Подлинным основоположником греческой трагедии по праву должен быть признан Эсхил, произведения которого частично дошли до нашего времени. Введением второго действующего лица Эсхил еще более оживил театральное представление, сделал его более динамичным и тем самым приблизил его к зрителям. Кроме того, Эсхилу приписывают усовершенствование сценической техники — введение декораций, масок, котурн, летательных, громоносных и других машин. Собственно, с Эсхила и начинается история греческого театра.

Вначале театральные представления происходили где угодно. Затем стали строить сооружения, называвшиеся погречески театрон (от глагола теаомай — «смотрю»). Такой театр устраивался под открытым небом, без крыши и занавеса. Места для зрителей были расположены полукругом, уступами и разделены проходами, как на современных стадионах. Впоследствии эти места получили название амфитеатра. Актеры и хор выступали на ровной, утрамбованной площадке у подножия амфитеатра. Эта площадка называлась орхестра. Для переодевания актеров позади орхестры ставилась скенэ — «палатка». Впоследствии вместо палатки стали строить постоянное сооружение, на стене которого, обращенной к зрителям, рисовали декорацию, обычно изображавшую фасад дворца.

Расположенные под открытым небом, греческие театры могли быть очень большими и вмещали много зрителей. Так, например, театр Диониса в Афинах вмещал до 17 тысяч зрителей, но это далеко не самый большой из известных нам театров древней Греции. Впоследствии, в эллинистическую эпоху, были созданы театры, рассчитанные на 50 тысяч зрителей и более.

Первоначально театральные представления давались только во время праздников Диониса и были составной частью этого культа. Лишь постепенно театр стал приобретать самостоятельное значение в общественной жизни и превратился в политическую трибуну, место отдыха и развлечений. Высокий культурный уровень древних греков в значительной степени следует приписать театру, который организовывал, воспитывал и просвещал народные массы. Наряду с театральными регулярно происходили музыкальные, литературные и спортивные состязания, устраивавшиеся государством. «Организуя из года в год игры и жертвоприношения,— говорил Перикл в одном из своих передаваемых Фукидидом выступлений,— мы доставляли нашей душе возможность получить многообразное отдохновение от трудов, равно как и благопристойностью домашней обстановки — повседневное наслаждение, которое прогоняет уныние и тоску». Неизвестный автор дошедшего до нас олигархического трактата о конституции Афин считает любовь афинян к театральным представлениям и празднествам одним из естественных следствий демократического строя. Он говорит об этом, конечно, с иронией и злобой, но увлечение афинян театром и празднествами, как и органическая связь театра с демократическим строем не подлежат сомнению.

В V в. установился определенный порядок проведения театральных состязаний. В них принимали участие три автора. Каждый из них предлагал зрителям три трагедии, связанные сюжетным единством (трилогию). Условия античного театра вызывали необходимость соблюдения трех единств (места, времени и действия), которые впоследствии были теоретически обоснованы Аристотелем. К трагической трилогии присоединяли еще драму (действие сатиров).

Содержание и мотивы греческих трагедий в высшей степени разнообразны. В их основу обычно положен какой-либо миф о богах и героях, чаще всего из так называемого кикла, т. е. цикла сказаний о Троянской войне, фиванского цикла мифов и т. д. Реже пользовались каким-либо историческим фактом.

Расцвет греческой трагедии совпадает с «золотым веком» Перикла, с расцветом афинской демократии и продолжается до конца Пелопоннесской войны. Война не только не ослабила, но даже усилила страсть к театру. Философ Платон говорит о «театрократии» как своего рода повальной болезни, охватившей афинское общество. Расходы на театральные представления, организацию празднеств и жертвоприношений достигли очень большой суммы и были обременительны для государственного бюджета. В самый разгар Пелопоннесской войны, после сицилийской катастрофы и олигархического переворота четырехсот в 410—409 гг., афиняне истратили на устройство Панафинейских празднеств колоссальную сумму в пять талантов и тысячу драхм. Расходы на театральные представления и празднества в основном в виде литургий распределялись между богатыми гражданами (хорегия) и отчасти возмещались из средств полиса.

Мировую славу приобрели три корифея античной драмы: Эсхил, Софокл и Эврипид. Старший из них, Эсхил (525— 456 гг.), родом из Элевсина, главного центра таинственных и мрачных элевсинских мистерий, был современником и непосредственным участником греко-персидских войн. Эсхил в своем творчестве соединил чувства и идеи двух поколений — демократического и аристократического. Многое в демократическом строе Афин было чуждо Эсхилу, что и заставило его последние годы жизни прожить вне Афин, в Сицилии. Античные ученые утверждали, что Эсхилом было написано 90 трагедий и драм сатиров. Нам известны названия 72 пьес. Полностью до нас дошли семь трагедий — «Персы», «Семеро против Фив», «Прикованный Прометей», «Просительницы» и одна трилогия «Орестейя», состоящая из трех трагедий: «Агамемнон», «Хоэфоры» и «Эвмениды».

Ранние трагедии Эсхила были близки к первоначальному источнику трагедии — дионисовым дифирамбам. В этих трагедиях главная роль принадлежит хору, а роль актера еще относительно невелика. В поздних его произведениях актер принимает более живое участие в действии и вводится второй актер, благодаря чему усложняется композиция и усиливается драматизм действия.

Используя для своих трагедий мифологические и исторические сюжеты, Эсхил наполнял их глубоким философским и политическим содержанием. Язык трагедий Эсхила — смелый, насыщенный метафорами и оригинальными образами.

Одна из важнейших проблем в трагедии Эсхила — проблема судьбы, рока. Столкновение свободной воли и непреодолимой судьбы, не зависящей ни от богов, ни от людей, составляет лейтмотив трагедий Эсхила. В этом есть известная доля мистики, таинственности и суеверия, присущих Эсхилу и легко объясняемых исторически.

Эсхил жил в период великих событий греко-персидских войн и смены аристократического строя демократическим. Мысли и чувства человека были возбуждены всем происходившим, но его ум не был достаточно вооружен научными знаниями, чтобы решить вставшие перед ним вопросы и проблемы. В этом причина мистицизма как трагедий Эсхила, так и вообще греческой трагедии.

С идеей судьбы переплеталась идея возмездия: всякое преступление, совершенное сознательно или бессознательно, неизбежно влечет за собой возмездие. Отчетливее всего эта идея проведена в трилогии «Орестейя». В мифе, который был положен в основу трилогии, рассказывалось о чудовищном преступлении отца Агамемнона и Менелая, аргосского царя Атрея, накормившего своего брата Фиеста мясом его собственных детей. Род Атрея был проклят богами — и вот за преступление предков должны были расплачиваться потомки. В первой части трилогии — «Агамемнон» — показана судьба вождя ахейского войска. Победоносный царь Агамемнон, счастливо избежавший гибели под стенами Трои, падает жертвой мести своей супруги Клитемнестры, которой помогает ее любовник, сын Фиеста, Эгисф. Но за гибель отца мстит своей матери сын Агамемнона, Орест (вторая часть трилогии «Хоэфоры»). Матереубийцу за пролитую родственную кровь преследуют богини мести Эриннии (заключительная часть «Эвмениды»). Спасаясь от них, Орест бежит в Афины, где богиня Афина учреждает особый суд ареопага. Последний выносит Оресту оправдательный приговор. Эриннии, успокоенные Афиной, превращаются в Эвменид, благодетельных богинь-покровительниц. Использованный Эсхилом мифологический сюжет об оправдании Ореста отражает борьбу между отживающим материнским и идущим ему на смену отцовским правом.

«Эвмениды» были поставлены в 458 г., в пору небывалого обострения политической борьбы между афинской демократией и сторонниками олигархического строя, когда вождь демократов Эфиальт повел атаку на ареопаг — оплот афинских олигархов. В этой борьбе Эсхил поддержал олигархов, выступив в «Эвменидах» в защиту ареопага как древнейшего афинского учреждения, основанного самой богиней Афиной, покровительницей города.

Из всех трагедий, созданных Эсхилом, наибольшей известностью пользуется «Прикованный Прометей». Это единственная дошедшая до нашего времени часть из утраченной трилогии Эсхила, написанной на сюжеты популярных в древности мифических сказаний о титане Прометее, смело вступившем в борьбу с богами за благо человечества. Прометей похитил с небесного алтаря огонь и передал его людям. Он также научил людей письму, счислению и ремеслам. Разгневанный Зевс жестоко покарал Прометея, действовавшего против его воли. Он велел приковать Прометея тяжелыми цепями к скалам Кавказа и послал орла, терзавшего его тело когтями и выклевывавшего ему печень, которая за ночь вновь вырастала. Орел снова и снова прилетал за своей кровавой пищей, и мучениям Прометея не было конца. Но физические страдания не сломили гордого духа Прометея, и он наотрез отказался пойти на какой бы то ни было компромисс с Зевсом и примириться с ним.

Образ Прометея на протяжении многих веков воодушевлял смелых поборников прогресса. Прометей — символ борца против всего пошлого, ограниченного, самодовольного и неразумного.

Идея судьбы и возмездия, характерная для произведений Эсхила, еще более отчетливо звучит в произведениях другого греческого трагика — Софокла. Софокл (497—406 гг.) происходил из афинского предместья Колона, был современником и горячим почитателем Перикла. Софокла называют Гомером греческой драматургии: он отразил в своих трагедиях «золотой век» Перикла так же полно и ярко, как Гомер в своем эпосе жизнь, нравы и представления эпической Греции. Все произведения Софокла пронизаны сознанием величия и силы человеческого разума. Идея судьбы у Софокла сочетается с прославлением человеческого гения, творца и созидателя материальных и духовных ценностей.

По преданию, Софокл написал 123 трагедии, из которых сохранилось семь: «Царь Эдип», «Эдип в Колоне», «Антигона», «Филоктет», «Аякс», «Трахинянки» и «Электра»

Основная идея — идея неотвратимости судьбы — полнее всего выражена в лучшей трагедии Софокла «Царь Эдип». В основу трагедии положено сказание, или миф, об Эдипе, сыне фиванского царя Лая и его жены Иокасты. Лаю было предсказано, что он погибнет от руки собственного сына, который вступит в брак со своей матерью. После того как у Лая и Иокасты родился сын Эдип, Лай вспомнил предсказание и, проколов младенцу ножки, приказал своему рабу-пастуху бросить его в горах на верную смерть. Случайно пастух коринфского царя Полиба нашел подброшенного ребенка, сжалился над ним и принес его своему господину. Полиб оставил Эдипа у себя и усыновил его.

Однажды Эдип посетил дельфийского оракула и узнал, что ему предопределено судьбой убить своего отца и жениться на своей матери. Думая, что речь идет о коринфском царе, которого он считал отцом, Эдип поспешил оставить своих мнимых родителей и отправился странствовать. По дороге он встретил незнакомого ему человека, вступил с ним в ссору и случайно убил его. Этот неизвестный был его родным отцом Лаем.

Придя в Фивы, Эдип избавил город от страшного чудовища Сфинкса и за это благодарными гражданами был провозглашен царем, занял дворец прежнего царя, убитого им Лая, и женился на его жене, своей матери, Иокасте. Предрешение судьбы и предсказание оракула сбылись.

Обо всем этом зритель узнает по ходу действия трагедии. Софокл начинает своего «Царя Эдипа» с момента, отделенного от рассказанных выше событий большим промежутком времени.

Эдип долгое время счастливо правит в Фивах, но вот город поражает страшное бедствие — чума. По представлениям греков, эпидемии насылались разгневанным богом Аполлоном». Эдип, узнав, что гнев Аполлона вызван присутствием в Фивах убийцы царя Лая, начинает его разыскивать, не зная, что убийца—он сам. Ряд ужасных совпадений — и чудовищная истина обнаруживается. Потрясенный Эдип выкалывает себе глаза (его жена и мать Иокаста еще до этого кончает самоубийством), считая себя недостойным видеть свет солнца.
Продолжением «Царя Эдипа» являются трагедии «Эдип в Колоне» и «Антигона». Содержание «Антигоны» в нескольких словах таково. После смерти Эдипа началась борьба за фиванский престол между его сыновьями Этеоклом и Полиником, окончившаяся гибелью обоих соперников. Новый царь Фив Креонт, зять Эдипа, приказал Этеокла похоронить с надлежащими почестями, а труп Полиника, поднявшего оружие против отечества (трагедия Эсхила «Семеро против Фив»), выбросить собакам и птицам. Несмотря на приказ царя, Антигона, сестра погибших, похоронила труп Полиника и тем самым навлекла на себя гнев Креонта. Креонт приказал заточить Антигону в подземелье, где она должна была погибнуть от голода. Но возлюбленный Антигоны, сын Креонта, Гемон, пробрался в подземелье, чтобы освободить свою невесту; однако было уже поздно: Антигона лишила себя жизни. В отчаянии Гемон тоже убивает себя; наконец, мать Гемона также умирает, не пережив гибели своего любимого сына.

Несомненно, сам Софокл — на стороне Антигоны, выполняющей «закон богов», который, по мнению поэта, выше законов, установленных людьми,— в данном случае закона Креонта.

Судьба и возмездие в трагедиях Софокла выступают совершенно отчетливо, однако они не сковывают свободную человеческую волю. Софокл изображает человека как сознательное существо, несущее ответственность за совершаемые им проступки. Именно сознанием собственной ответственности можно объяснить то, что герои Софокла довольно непринужденно ведут себя с богами.

У Эсхила судьба близка к божеству, у Софокла она — отвлеченное понятие, находящееся вне человека, а у Эврипида (Еврипида), третьего великого трагика Афин, судьба заключена в самом человеке. Эврипид отождествляет судьбу с доминирующей страстью человека. Эврипид был творцом реальной психологической драмы.

Биография Эврипида мало известна. По одним сведениям, Эврипид (480—406 гг.) был сыном торговца и торговки зеленью. Но данные эти вряд ли достоверны: они исходят от авторов комедий, которые были настроены против Эврипида. Из других биографических данных заслуживает внимания упоминание о том, что у Эврипида было значительное книжное собрание. Трагедии Эврипида несомненно свидетельствуют о том, что он был очень образованным человеком, учеником софистов и сторонником демократии.

Эврипид проводил в своих произведениях идеи софистов, делая их понятными и доступными широкой публике. В его произведениях нашли отражение все великие проблемы, которые волновали умы и чувства его современников. Природа богов и людей, значение культа, естественное право, права женщин, семья и т. д.— все эти вопросы прямо или косвенно ставились в трагедиях Эврипида.

В противоположность Софоклу, героями которого были не реальные, а идеальные люди, такие, как Эдип и Антигона, Эврипид изображал человеческие страсти, высокие и низменные. В этом отношении его можно считать предшественником и учителем Шекспира. Влияние Эврипида на мировую литературу и театр очень велико.

Самой совершенной трагедией Эврипида является «Медея». Оскорбленная Медея, брошенная на произвол судьбы мужем, который предпочел ей дочь коринфского царя, восстает против унижения своего человеческого достоинства и клянется отомстить Ясону. Месть ее страшна: она убивает не только возлюбленную Ясона и ее отца, но и своих собственных детей. Борьба противоположных чувств отчаявшейся, охваченной без­умной жаждой мести женщины, с одной стороны, и нежно любящей матери — с другой, составляет психологический фон «Медеи».

«Ваша мать, лишенная своих детей, должна влачить печальное существование. Вам самим уже не суждено ее видеть. Вам предстоит перейти в иную жизнь... О горе, горе! О мои дети! Зачем этот ласковый взгляд? Зачем эта улыбка, последняя улыбка? О горе! Что делать мне, несчастной? Бодрость оставляет меня, о женщины, когда встречаю ясный взор моих детей. Нет, не могу: прочь от меня, злодейский замысел. Я увезу их отсюда. Если мне нужно наказать их отца, то зачем карать его несчастных детей и моим собственным двойным несчастьем? Нет, нет, прочь от меня, мой замысел!» Однако неудержимое чувство ревности и мщения побеждает:

«Умрите вы,— восклицает Медея, убивая детей.— Я не потерплю, чтобы мои дети подвергались оскорблениям и насилию. Их гибель все равно неизбежна. Я, давшая им жизнь, лучше убью их сама. Их судьба решена, ничто не может избавить их... Будьте счастливы, только не здесь. Отец отнял у вас счастье на земле. Страсть, толкающая человека на величайшие преступления, сильнее внушения рассудка».

Невыносимые страдания и безудержный гнев против несправедливости толкают героиню Эврипида на этот кровавый шаг.

Трагедия заканчивается пением хора, напоминающего зрителям о всемогущей слепой судьбе, пути которой непреложны и непостижимы.

Кроме «Медеи», Эврипиду принадлежит «Электра», «Ифигения в Авлиде», «Ифигения в Тавриде», «Гекаба», «Ипполит», «Молящие о защите», «Орест» и др. Полностью сохранилось 18 трагедий Эврипида и одна драма сатиров («Киклоп»), не считая большого числа отрывков из разных не дошедших до нас трагедий. Всего им было написано 92 пьесы.

Общественные мотивы, которые звучат в греческих трагедиях, нашли яркое выражение и в комедии.

Аристотель сообщает, что комедия родилась из так называемых фаллических (полных обрядовой разнузданности) песен, исполнявшихся подвыпившей толпой поселян во время сельских Дионисий. Шествие этой толпы называлось комос. Слово «комедия» буквально означало «песни во время комоса». Впоследствии комические песни были объединены с народной драмой, и таким образом возник новый литературный жанр — комедия. Сюжетом древней комедии служила прежде всего политическая и идеологическая борьба; комедии в древнейший период были очень злободневны. Греческие комедии отличались большей вольностью в подборе слов, выражений и сцен, чем трагедия и драма, которые создавались по более строгим правилам. Особенно вольными были комедийные пляски. Женщины и дети на представлениях комедии не присутствовали.

Более свободное содержание комедий обусловило и более развитую сценическую технику. Это открывало широкие возможности для обращения автора к зрителям по ходу сценического действия от имени героев и от имени хора. Действующих лиц в комедиях было значительно больше, чем в трагедиях; костюмы и декорации ярче и пестрее, а маски разнообразнее.

В демократических Афинах богатейший материал для комедий давала сама политическая жизнь. Афинская комедия классической эпохи была по преимуществу комедией политической. Непревзойденным мастером политической комедии считался Аристофан (450—388 гг.), уроженец Афин. До нас дошло И его пьес.
Главной мишенью аристофановского сарказма служили вожди афинского демоса. В двух комедиях — «Вавилоняне» (сохранились только отрывки) и «Всадники» — был выведен Клеон — лидер ра­дикальных демократов. Само собой разумеется, образ Клеона в изображении Аристофана далек от исторической действительности.

Аристофан жил в сложный и бурный период афинской истории— в период Пелопоннесской войны. В его комедиях нашли отражение все крупные события этой эпохи мировой истории. Так, в комедии «Мир» (421 г.) жесточайшим образом осмеяна военная партия, вовлекшая Афины в Пелопоннесскую войну и разрушившая их благосостояние. Главное действующее лицо комедии, Тригей, на навозном жуке поднимается на небо и узнает, что причина всех бедствий афинян в том, что богиня мира заперта в пещере и не может рассыпать свои блага на афинский полис, на виноградники, оливковые рощи, реки и моря. Виноградарь Тригей освобождает богиню мира, и тогда все входит в нормальную, мирную колею. Люди живут, радуются, пьют, едят и любят. Все веселятся, за исключением одних оружейников, главных виновников войны, погруженных в глубокую печаль.

Идея мира проводится также в комедии «Лисистрата», поставленной на афинской сцене в 411 г. На этот раз мира требуют женщины и для достижения этой цели расстаются со своими мужьями. Заговором женщин руководит Лисистрата, по имени которой и названа комедия. В «Женской экклесии», поставленной в 392 г., Аристофан вводит нас в обстановку напряженной политической борьбы между существовавшими в Афинах группировками, знакомит с политическими лозунгами и программами того периода. В комедии «Плутос» («Богатство», 388 г.) изображается всепоглощающая страсть афинян к приобретению богатств какими угодно средствами.

Ядовитые стрелы Аристофана были направлены не только против политических деятелей, но и против писателей и философов. В «Лягушках» (405 г.) Аристофан выводит знаменитых афинских трагиков Эсхила и Эврипида, которые интригуют друг против друга. Историческая ценность этой комедии состоит в том, что вне зависимости от присущей ей пародийной формы она знакомит нас с литературными спорами того времени и дает глубокую и меткую характеристику творчества двух великих трагиков.

Присутствующий при споре Эсхила с Эврипидом бог Дионис в конце концов останавливает спорящих:

Не дело ведь, чтоб трагики бранились, как разносчики.

Симпатии самого Аристофана определенно на стороне консерватора Эсхила, а не новатора Эврипида.

«Но разве,— вмешивается в разговор Гера,— нет в Афинах массы иного рода юнцов, плодящих тысячами трагедии и в тысячу раз более бездарных и болтливых, чем Эврипид?» На это Дионис, выступающий от лица Аристофана, отвечает: «Да, но ведь это мелкие, сухие ветки, болтуны, щебечущие, как ласточки-перебойщики, творческая сила которых истощается одной пьесой, которые сразу выплевывают свое дарование трагической музе».

«Облака» (423 г.) представляют собой сатиру на софистов, к которым Аристофан причисляет также Сократа, и на новые принципы воспитания. В «Осах» (422 г.) Аристофан осмеивает манию сутяжничества, присущую его согражданам, в «Птицах» (413 г.) — демагогов, вовлекающих афинян во всякого рода рискованные предприятия. Последняя комедия написана Аристофаном под явным впечатлением сицилийской экспедиции, принесшей афинянам столько несчастий. Влияние Аристофана на современников было очень велико. Его злободневные комедии, написанные простым и доступным языком,— действенная форма политической агитации, находившая широкий отклик среди современников.

Лирика во второй половине V в. до н. э. несколько отошла на задний план. Расцвет ее связан с более ранним, предшествующим победе демократического строя, периодом. Из прозаических произведений V в. особенное значение приобрели исторические труды Геродота и Фукидида. Труды эти не только содержат ценнейшие для нас исторические сведения, но и как особый литературный жанр занимают очень важное место в развитии греческой литературы.

3. Искусство

Наряду с театром и всенародными празднествами в греческих полисах и особенно в демократических Афинах велика была роль архитектуры, живописи и скульптуры. Эти виды искусства оказывали непосредственное каждодневное влияние на эмоции и умы современников, воспитывали в них чувство прекрасного, гармонического и возвышенного.

Как и у других народов, искусство у греков родилось на основе практической деятельности, вышло из ремесла, и на известной ступени развития обособилось в самостоятельную отрасль творчества. Выделение искусства из ремесла предполагало не только высокий уровень культуры, но и соответствующую высокую степень технического мастерства, совершенства инструментов и умения пользоваться материалом.

К V в. относится расцвет греческой архитектуры, прошедшей длительный путь развития. К этому времени окончательно сформировались два главных архитектурных стиля: дорический— величественный и строгий и ионический — более легкий и изящный. В этот же период начинает складываться коринфский стиль — пышный и изысканный, получивший наибольшее распространение в следующем веке. Каждому из этих стилей были свойственны не только те или иные формы архитектурных деталей, но и определенная система пропорций всего сооружения. Стройность и величественность греческих построек достигалась благодаря гармоничному сочетанию отдельных частей зданий, каждая из которых несла определенные конструктивные функции.

Греческие храмы чаще всего представляли собой прямоугольные здания, поставленные на ступенчатые возвышения — стилобаты. Фасады храмов обычно украшались колоннами. В V в. окончательно сложился так называемый периптер. Храмы этого типа были окружены колоннадой не только по фасадам, но и со всех четырех сторон, в отличие от простиля, обрамленного колоннадой только по сторонам фасада.

По своей внутренней планировке греческие храмы, как правило, делились на три примыкающих друг к другу помещения. Через главный вход посетители храма попадали в вестибюль (пронаос). За вестибюлем следовало основное помещение храма (наос), украшав- вшееся колоннами. Здесь перед статуей божества, которому был посвящен храм, происходили главные культовые священнодействия. За этим помещением часто находилось еще одно (эпистод), приспособленное для хранения предметов культа, сокровищ и ценностей, принадлежащих как храму, так и, очень часто, государству.
Независимо от того, в каком стиле строился храм, он состоял почти из одних и тех же архитектурных элементов, которые делились на несущие конструкции, т. е. колонны, и несомые— перекрытия. Так называемый ордер, т. е. строго определенная система расположения колонн и находящихся на них горизонтальных перекрытий, и лежит в основе упоминавшихся выше трех главных архитектурных стилей — дорического, ионического и коринфского.

Колонна состояла из самого ствола, слегка сужающегося кверху, и венчающей части — капители — подушки, принимавшей на себя тяжесть перекрытия. Ствол колонны покрывался желобками — каннелюрами. Ионические и коринфские колонны ставились на невысокий пьедестал.

На капителях колонн располагался архитрав, или эпистиль,— гладкая балка. Над архитравом помещался фриз. В сооружениях дорического стиля он состоял из чередующихся триглифов и метоп. Триглиф — украшенный тремя вертикальными врезами прямоугольник — некогда, в эпоху деревянной архитектуры, был торцом балки перекрытия. Метоп — плоская плита, закрывающая пространства между триглифами,— обрамлялся живописью или скульптурой. Ионический фриз представлял собой непрерывную ленту скульптурных украшений. Над фризом находился карниз. Архитрав, фриз и карниз составляли вместе так называемый антаблемент.

Треугольное пространство под скатами крыши на фасадных (торцовых) сторонах называлось фронтоном. Фронтоны украшались скульптурами. Скульптурные украшения по углам фронтонов назывались акротериями.

Храмы разных стилей отличались друг от друга формами капителей, оформлением фриза, архитектурными деталями и, самое главное, различными пропорциями —соотношениями частей.

Широкой известностью пользовались храм Афины Ахайи на острове Эгине, фронтоны которого были увенчаны скульптурными композициями, изображавшими битву греков с троянцами,— аллегорическое напоминание о греко-персидских войнах, и храм Зевса в Олимпии, также украшенный великолепной скульптурой.

Однако в классический период строительная деятельность шире всего развернулась в Афинах. Со времени Писистрата, Кимона и в особенности Перикла в Афинах появляется ряд замечательных построек — храмов, портиков, зданий для гимнастических и музыкальных состязаний и т. д. Все это — здания общественного характера; интересных в архитектурном отношении частных построек в период расцвета демократии Афины, как и Греция вообще, не знали.

Великолепным памятником строительного искусства классической эпохи был Парфенон — храм Афины-девы — покровительницы города. Это замечательное сооружение даже теперь, в полуразрушенном состоянии, восхищает гармонией пропорций, строгой простотой и ощущением монументальности, которое тем удивительнее, что Парфенон в сущности не был особенно велик (общая площадь его всего около двух тысяч квадратных метров — 30X70). Строителями Парфенона были зодчие Иктин и Калликрат. Парфенон стоял на акрополе, где находились и другие всемирно известные сооружения: Эрехфейон — необычайно изящный храм, построенный в ионическом стиле, и маленький храм Ники Аптерос (бескрылой). На акрополь можно было попасть через роскошный, украшенный колоннами вход — Пропилеи. Акрополь был центром общественной и религиозной жизни Афин.

Метопы и фронтоны Парфенона были украшены скульптурными изображениями, воспроизводящими героические рассказы и легенды, а на фризе, расположенном не над колоннами, а несколько позади них, на самой стене здания, была изображена процессия Панафинейского праздника в Афинах. В самом храме находилась статуя Афины. До XVII в. древний Парфенон сохранился в относительно хорошем состоянии, но в конце XVII в., во время войны турок с венецианцами, здание Парфенона сильно пострадало. Многие уцелевшие скульптуры Парфенона собрал англичанин Эльджин, перевез их в Англию и подарил Британскому музею.

Большая часть скульптурных украшений Парфенона и стоявшие на акрополе статуи были выполнены под руководством и при непосредственном участии величайшего скульптора древней Греции, друга и советника Перикла — Фидия. Видимо, общая перепланировка акрополя была гоже намечена им. Из работ Фидия, выполненных в Афинах, особую славу завоевали бронзовые статуи Афины Промахос (предводительницы в битве), воздвигнутой на акрополе, и Афины Парфенов (девы). Последняя находилась в самом Парфеноне и была исполнена в так называемой хрисоэлефантинной технике (золото и слоновая кость на деревянной основе). Высота ее достигала 12 метров. Афина стояла, опираясь на копье, и ее золотые одежды ниспадали до земли. В правой руке она держала небольшую статую Победы (Ники). На щите была изображена борьба греков с амазонками, на бортах сандалий в рельефе — битва кентавров с лапифами.

Не меньше удивления и восторга у современников и последующих поколений вызывала величественная статуя Зевса в Олимпии, исполненная также в хрисоэлефантинной технике. Эти и другие произведения Фидия до нас непосредственно не дошли и известны либо по литературным их описаниям, либо по плохим и поздним копиям.

Исключение составляют скульптуры, украшавшие Парфенон снаружи, в особенности его фриз, в создании которого Фидий принимал, по-видимому, непосредственное участие. Во всяком случае общая композиция скульптурного убранства Парфенона безусловно принадлежит ему.

В Афинах работал и другой известный скульптор V в.— Мирон. До нас дошла в мраморных копиях его скульптура «Дискобол», отлитая из бронзы, в которой художнику великолепно удалось передать динамичную напряженную позу атлета перед броском диска.

Современником Фидия был Поликлет из Аргоса, глава аргосской школы скульпторов. Талант Поликлета нашел наивысшее выражение в исключительно тонком и правдивом изображении человеческого тела. К лучшим произведениям Поликлета принадлежали «Дорифор» (копьеносец) — юноша идеального сложения, несущий копье; «Раненая амазонка»; «Диадумен»— юноша-атлет, надевающий повязку победителя, и особенно монументальная статуя Геры из золота и слоновой кости в храме Геры в Арголиде. Поликлет известен не только как первоклассный мастер-практик, но и как теоретик искусства, стремившийся установить и обосновать законы пропорциональности частей и гармонии человеческого тела.

Кроме архитектуры и скульптуры, больших успехов в Греции достигла также живопись. Она опережала пластику и скульптуру, которые постоянно заимствовали у нее свои сюжеты. Однако картины греческих мастеров до нас не дошли и известны лишь по описаниям и копиям.

Крупнейшим представителем греческой живописи был Полигнот, уроженец Фасоса» (V в.), живший и творивший в Афинах; он прославился своими картинами, помещенными на стенах «Пестрого портика» в Афинах и лесхи (беседки) книдийцев в Дельфах.

Представление о сюжетах и характере произведений Полигнота дают описания его картин у Павсания, а о стиле и манере живописи Полигнота можно судить по образцам вазовой живописи. Мастера-ремесленники, расписывавшие вазы, находились под сильным влиянием Полигнота и часто использовали его композиции. В настоящее время устанавливают влияние творчества Полигнота даже на самого Фидия. Новое направление в живописи было представлено Аполлодором (вторая половина V в.). Плиний говорит, что Аполлодор прославился своей кистью по всей Греции. Аполлодору приписывают умение размещать свет и тень и передавать перспективу на своих многокрасочных картинах.

Искусство IV в. до н. э. продолжает и развивает традиции высокой классики. Оно характеризуется, с одной стороны, некоторым спадом героического пафоса и гражданственности, что было связано с кризисом рабовладельческих полисов, и, с другой — усилением интереса к духовной жизни и индивидуальности человека.

Пелопоннесская война, естественно, вызвала некоторый упадок строительства, особенно в побежденных Афинах. Однако в Пелопоннесе строительство продолжалось. Особенно характерен для поздней классики дорический храм Афины Алей в Тегее. По словам Павсания, он считался самым красивым в Пелопоннесе.

В дорической архитектуре мы встречаем теперь стремление к изяществу и изысканности. Орнаментальные части зданий стали нередко украшать элементами коринфского стиля, например коринфскими капителями.

Архитектура малоазийских греков существенно отличалась от архитектуры Европейской Греции. В Малой Азии появились со­вершенно новые тенденции, сказавшиеся в постройке пышных, огромных сооружений. Особенной грандиозностью и великолепием отличалась гигантская гробница правителя Карии Мавсола — Мавсолей (середина IV в.), построенный в Галикарнасе Пифеем и Сатиром.

Живопись IV в., как и живопись V в., известна лишь по копиям и описаниям. Она добилась больших успехов в овладении цветом и перспективой. Художник Никий ввел в живопись блик. Живописец Апеллес, придворный мастер Александра Македонского, создал прославленную картину «Афродита Анадиомена», находившуюся на острове Косе в святилище Асклепия. Апеллес же написал портрет Александра, отличавшийся правдивостью и жизненностью изображения. Слава его была столь велика, что его имя в последующие века стало нарицательным.

Гораздо лучше живописи сохранилась скульптура IV в. Одним из величайших мастеров Греции был Скопас, творивший в первой половине IV в. В образах Скопаса уже нет ясного спокойствия произведений высокой классики, они полны необычайного внутреннего напряжения и противоречивых страстей. Скопасу принадлежит скульптурная декорация (и постройка) храма Афины Алей, часть скульптур Галикарнасского мавзолея и множество дргих произведений, большая часть которых до нас не дошла.

Младшим современником Скопаса был Пракситель, создавший возвышенно-прекрасные образы, в которых тонко передан внутренний мир человека. До нас дошла в подлиннике статуя Праксителя, изображающая Гермеса с младенцем Дионисом. Эту вещь роднит с классикой V в. стремление художника создать образ идеально-прекрасного человека. Однако лицо Гермеса выражает сосредоточенное раздумье, придающее этому произведению несвойственный высокой классике оттенок скрытого и напряженного драматизма. Широким признанием пользовалась и статуя Афродиты, находившаяся на полуострове Книде и дошедшая до нас лишь в копиях.

JIucunn жил позже Скопаса и Праксителя, он был современником Александра Македонского и его любимым мастером. Лисипп работал только в бронзе. Его статуи отличались выразительностью и относительной индивидуализацией. Он отлично умел передать движение, мимолетные оттенки чувств человека.

Необычайной привлекательностью обладает его «Отдыхающий Гермес», в фигуре которого передано и ощущение легкой усталости и намерение юного бога продолжать путь. Лисипп был и выдающимся портретистом; созданный им портрет Александра отличался тонкостью психологической характеристики и подчеркнутой экспрессией.

Искусство классического периода проникнуто высоким гражданским пафосом, носит ярко выраженный общественный характер. Здоровый, сильный, отважный человек, наделенный прекрасными моральными качествами, привлекал внимание художников. В этом смысле искусство Греции было демократическим, но эту демократичность надо понимать в античном значении слова. Мужественная красота, строгое величие, глубокая человечность, простота и благородство — эти черты искусства классической Греции объясняют непреходящее значение его в мировой культуре. Классическим периодом развитие греческой истории и культуры, однако, еще далеко не заканчивается. За классическим последовал эллинистический период, вписавший новую яркую страницу в историю античного искусства.

Несмотря на непрерывные войны и кризис материковой Греции, литературная и художественная деятельность эллинов не прекращается, но культурные центры передвигаются на восток. С конца IV в. центрами греческой культуры становятся Македония, Египет, малоазийские города и резиденции эллинистических царей.

4. Ионийская натурфилософия и начало науки

История греческой философии начинается со времени появления на исторической арене ионийских натурфилософов. Иония — страна первых греческих мудрецов и поэтов. Больше, чем другие области греческого мира, Иония была связана с культурными странами древнего Востока. Многовековой опыт и многовековые наблюдения, накопленные в Вавилоне, Египте и других восточных странах, были использованы греческими мыслителями, которые или непосредственно знакомились с достижениями восточной науки, или воспринимали ее через посредство других народов (лидиян, финикийцев). Несколько позже, чем в Ионии, возникли философские учения в эллинских городах-государствах Сицилии, Южной Италии, островов Эгейского моря и Балканского полуострова. Различные сведения, заимствованные у народов древнего Востока, были греками критически переработаны. Политическая и идеологическая борьба внутри полисов, стимулировавшая их развитие, способствовала освобождению от традиционных верований. В Греции жречество не представляло собой особого сословия или касты и отсутствовала обязательная религиозная догматика, грекам была доступна в известной степени свобода мысли, и это привело к отделению науки и философии от религии, чего не знала древневосточная культура.

Дальнейшие пути развития греческой философии определила борьба между двумя главными ее направлениями — материализмом и идеализмом.

На ранней стадии своего развития философия не была отделена от естественно-научных и математических знаний. Первыми греческими философами были натурфилософы — астрономы и и математики, изучавшие природу, происхождение мира и его развитие. Среди ионийских философов широкую известность приобрел Фалес из Милета (ок. 624—547 гг.). Основатель ионийской философии, Фалес замечателен тем, что он сделал смелую для своего времени попытку создать монистическую философию природы. Он может быть с полным правом назван первым греческим философом-материалистом. Выросший в условиях неустойчивой социальной жизни малоазийских городов и много путешествовавший, Фалес всюду наблюдал жизнь и движение. Может быть, именно поэтому основным элементом мира Фалес считал воду как вечно движущийся и в то же время неизменный элемент природы. Вода, соединяющая вечное движение с вечным покоем и растворяющая в себе все вещества, признавалась им источником жизни всего мира, в том числе, следовательно, и человека. Землю Фалес представлял плавающей в этой первоначальной воде, которая наполняет весь мир. Небесное полушарие образует свод над земной поверхностью. Фалес известен не только как физик, но и как математик. Он знал, как измерить высоту египетских пирамид на основании отбрасываемой ими тени, определил значение для мореплавания Малой Медведицы, предсказал солнечное затмение (585 г. до н. э.) и т. д. Фалес считался основоположником древнегреческой астрономии. Греки причисляли Фалеса к семи мудрецам.

Философ Анаксимандр, современник Фалеса (ок. 610— 546 гг.), в своем сочинении «О природе» объявляет началом мира апейрон — бесконечную, бессмертную, находящуюся в вечном движении первостихию — материю. Из этой первостихии выделяются два противоположных начала — твердое и жидкое, тепло и холод, из которых путем различных комбинаций образуются все видимое нами: земля, вода, воздух и огонь. Таким образом, Анаксимандр считал, что в материальном мире, образованном из единой первостихии, присутствуют противоположные начала, из которых и формируются вещи. В центре философской системы Анаксимандра — вопрос о происхождении и развитии органического мира. Мир (космос) представлялся Анаксимандру началом, вечно порождающим новые жизни. Животный мир эволюционирует: все животные первоначально обитали в воде, затем часть их приспособилась к жизни на суше. От рыбы происходил, по мнению Анаксимандра, и человек. В области математики Анаксимандру приписывают составление курса по геометрии, в географии — составление географических карт, изготовление модели небесной сферы, постановку вопроса о шарообразности земли, изобретение солнечных часов.

Третий представитель ионийской философии, Анаксимен (585—525 гг.), вместо неопределенной первостихии Анаксимандра избрал совершенно определенный элемент природы — воздух, как все содержащее и объединяющее начало. Из воздуха путем разрежения и сгущения образуется видимый мир. Из воздуха все рождается, и в него снова возвращается. Люди, животные и растения вдыхают частицы воздушного начала дающего им жизнь и движение.

Таким образом, ионийские материалисты считали, что в основе всех жизненных явлений лежит единое начало, «...здесь,— пишет Ф. Энгельс, характеризуя этих философов,— перед нами уже полностью вырисовывается первоначальный стихийный материализм, который на первой стадии своего развития весьма естественно считает само собой разумеющимся единство в бесконечном многообразии явлений природы и ищет его в чем-то определенно-телесном, в чем-то особенном, как Фалес в воде».

В учении Анаксимандра и Анаксимена можно отметить и некоторые атеистические тенденции. Согласно Анаксимандру, миры бесконечной и единой вселенной создаются, развиваются и уничтожаются помимо воли богов. Кроме того, он считал, что боги тоже возникли из воздуха, т. е. материального начала.

Крупнейшим греческим материалистом и диалектиком был Гераклит из Эфеса (ок. 530—470 гг.). К сожалению, наши сведения о Гераклите отрывочны и противоречивы. По преданию, Гераклит вел аскетический образ жизни и уединялся в горы, уходя в свои мысли. Жил Гераклит в бурную эпоху греческой истории, в период постоянных войн и переворотов, обостренной социальной борьбы и частой смены правительств. Все это не могло не отразиться на его взглядах. Источником всего существующего Гераклит считал борьбу (войну). «Война — отец всех вещей» (полемос патер пантон). Борьба противоположностей — основа всякого бытия и мысли.

В природе и в социальной жизни происходит вечное движение, все течет и изменяется. Непостоянна даже река, в которую дважды входишь. Бытия и небытия как самостоятельных категорий не существует. В процессе вечного движения и перемен бытие незаметно переходит в небытие, и наоборот. Гераклит подчеркивает тем самым, что все окружающие нас явления переходят в свою противоположность. «В одни и те же воды мы погружаемся и не погружаемся, мы существуем и не существуем».

В своих объяснениях вселенной Гераклит, таким образом, подходит к диалектическому пониманию природы, и в этом его огромная заслуга с точки зрения науки. «Мир,— учил Гераклит,— единый из всего, не создан никем из богов и никем из людей, а был, есть и будет вечно живым огнем, закономерно воспламеняющимся и закономерно угасающим». Ленин оценил это положение как «очень хорошее изложение начал диалектического материализма».
В достаточной мере отчетливые представления Гераклита о взаимосвязях между противоположными явлениями, конкретности всякой истины и в то же время зависимости ее от определенных условий запечатлены в следующих его высказываниях: «бессмертные смертны, смертные бессмертны, смертью друг друга они живут, жизнью друг друга они умирают»; «морская вода — чистейшая и грязнейшая; рыбам она пригодна для питья и целительна, людям же для питья непригодна и вредна».

Причина наших заблуждений, по Гераклиту, коренится не в несовершенстве наших чувств, а в ограниченности нашего разума. Истинное познание возможно только при постижении процесса бытия. Орудием познания служит разум, содержащий часть «божественного эфира». Основной функцией разума является синтез, т. е. обобщение в одной мысли разрозненных эмпирических наблюдений. В способности к синтезу Гераклит усматривал различие между умными и глупыми. Умный от глупого отличается тем, что он стремится познать общее, а глупый удовлетворяется деталями. Признание чувства первоначальным источ­ником познания и субъективности познания сближает Гераклита с софистами. Гераклит материалистически подходил к объяснению психической жизни, считая, что душа материальна и представляет собой одно из состояний огня—материальной первоосновы природы.

Свои мысли Гераклит изложил в трактате «О природе». От трудов Гераклита, как и от сочинений других греческих философов, до нас дошли лишь короткие отрывки и отдельные изречения, сохранившиеся в виде цитат в трудах более поздних авторов. Писал Гераклит изысканным стилем, в его сочинениях очень много афоризмов, не всегда понятных. Отсюда его прозвище «Гераклит темный».

Синтезирующую функцию разума признавал также Анаксагор (ок. 500—428 гг.) из города Клазомен в Малой Азии, современник, учитель и друг Перикла. В противоположность ионийцам, считавшим основой мира какую-либо одну стихию, Анаксагор в трактате «О природе» выдвигал бесконечное множество стихий-элементов, или семян (гомойемериев). Из множества стихий, постоянно расщепляющихся на качественно новые элементы, образуется вселенная. Создание и упорядочение вселенной есть результат действия мирового разума, «чистейшего и тончайшего из всех веществ». Однако в отличие от Гераклита Анаксагор был близок к механистическому пониманию развития, утверждая, что изменения явлений сводятся к соединению и разъединению однородных частиц, тогда как Гераклит учил, что явления переходят в свою противоположность.

Подобно многим своим современникам, Анаксагор занимался математикой и астрономией. Он считал, что звезды суть раскаленные массы, что луна получает свой свет от солнца и т. д. Сама луна представлялась Анаксагору подобной земле и населенной живыми существами.

Согласно античной традиции, Анаксагор был сыном богатого клазоменского гражданина, но пренебрег богатством и почетом в родном городе, всецело отдавшись науке. Став нищим, Анаксагор гордился тем, что своим разорением обязан науке, освободившей его от житейской суеты. Достигнув славы и влияния при Перикле, в конце своей жизни Анаксагор, обвиненный в безбожии, вынужден был удалиться из Афин и глубоким стариком умер в изгнании в городе Лампсаке. «В этой могиле,— гласила надпись на его могиле,— лежит великий Анаксагор, дух которого поднимался до высочайших истин».

Материалистическая философия развивалась в борьбе с идеалистическими философскими учениями. Два основных направления идеалистической философии представлены школой Пифагора и Элеатской школой.

Пифагор (ок. 580—500 гг.), уроженец острова Самоса, был ученейшим человеком своего времени. Верховным началом всего сущего Пифагор считал число. Вся природа, по теории Пифагора, есть не что иное, как комбинация чисел и величин. Все в природе живет и изменяется, лишь одно число остается вечно неизменным. Следовательно, число есть основа всех вещей, первоисточник мира. Каждое явление может видоизменяться до бесконечности, но численный его атрибут остается постоянным.

Занятия математикой и философией Пифагор считал высшей самоцелью человеческой жизни. Жизнь, говорил он, подобна олимпийским играм, где одни ищут славы и венков, другие — выгод, а третьи, настоящие философы, или друзья мудрости, приходят наслаждаться самым дивным зрелищем: картиной мира. Наблюдение и познание мира, доступное друзьям мудрости, есть самое высшее из всех наслаждений и наград.

Из обширной системы Пифагора и пифагорейцев сохранились лишь отдельные положения о математических рядах, пропорциях, и широко известная теорема Пифагора о соотношении квадратов сторон треугольника. Эта теорема была, вероятно, заимствована им у древневосточных народов, которым она была известна задолго до рождения Пифагора.

Пифагором было выдвинуто учение о «порядке», согласно которому демократия является нарушением порядка, в то время как власть аристократов — олицетворением и подобием «небесного порядка». Пифагорейцы — ученики и последователи Пифагора были идеологами аристократии. В противоположность ионическим материалистам они считали вслед за своим учителем, что основой мира являются числа, а не материальная первостихии. Мир, с их точки зрения, познается через управляющие им числа. Эти числа обожествлялись и абсолютизировались пифагорейцами. Они объединялись в особые религиозно-мистические союзы (гетерии), куда принимались только избранные, прошедшие определенный искус и принадлежавшие преимущественно к олигархическим фамилиям. Пифагорейские гетерии действовали главным образом в Великой Греции, пифагорейцы активно участвовали в политической жизни южноиталийских городов, в особенности города Кротона, где проживал одно время и сам Пифагор. Сторонники Пифагора были убежденными защитниками аристократии и во время демократических переворотов подвергались гонениям.

Элеатская школа, получившая свое название от города Элей в Южной Италии, где она возникла, возглавлялась Парменидом.

В противоположность Гераклиту, рассматривавшему мир как вечное движение, Парменид (середина V в.) утверждал неизменность и вечность мира, тождество мира (бытия) и мышления. Без бытия нет и мышления. «Без бытия не будет и мышления, ибо мышление не что иное, как бытие». В мире не существует ни прошлого, ни будущего, есть только одно настоящее — мысль. Наряду с действительным миром, постигаемым разумом, существует и другой мир — мир явлений, воспринимаемый нашими чувствами. Мир явлений — несовершенный мир. В преодолении чувственного мира и погружении в сверхчувственный мир разума и заключается, по Пармениду, задача, ценность и цель философии. Роль чувств в познании мира отрицается.
Свое учение Парменид изложил в поэме «О природе», насыщенной афоризмами и аллегориями, понять которые очень трудно. Парменид оказал большое влияние на Платона. Он положил начало аллегорическому толкованию мифов.

Греческую философию нельзя считать самостоятельной областью знания. Как уже было отмечено, наука и философия в древней Греции составляли единое целое. Уже в Ионийской Греции физико-математические знания греков достигали высокого уровня. Среди математиков V в. большим авторитетом пользовались Энопид, уроженец Хиоса, и афинянин Метон. Энопид определил длину солнечного года в 365 дней, 8 часов и 57 минут. Метон еще более уточнил эту цифру и составил солнечный календарь.

Наряду с математикой греки занимались медициной, биологией, ботаникой, географией и историей. Каждую отрасль знаний изучали несколько школ, соперничавших друг с другом. Так, из всех медицинских школ наибольшим авторитетом пользовалась кносская школа, представителем которой был Гиппократ (середина V в.), основатель научной медицины. Гиппократ написал массу сочинений по разным разделам и отраслям медицины — патологии, хирургии и т. д. Основной принцип Гиппократа в лечении — следовать природе (органический принцип) и лишь в случае, если сама природа не дает исцеления, прибегать к более решительным методам воздействия на организм — хирургии. Гиппократ и его ученики и последователи занимались не только вопросами практической медицины, их интересовали также и более широкие проблемы. В особом трактате «О возду­хе, водах и суше» (в древности он приписывался самому Гиппо­крату, но в действительности, по-видимому, вышел из-под пера одного из его учеников) излагается теория о роли географического, точнее климатического, фактора в развитии человеческого организма. Особенности климата—соотношение воды и суши — объясняют и особенности организма и заболеваний. Эта теория иллюстрируется рядом этнографических примеров.

Первыми картографами считались уже упомянутые Анаксимандр (VI в.) и Гекатей Милетский (V в.), давший описание земли. Населенная часть земли (ойкумена) представлялась круглым островом, со всех сторон окруженным океаном. Средиземное море разделяло ойкумену на две части: северную и южную. Южная часть в свою очередь расчленялась Нилом и Аравийским заливом на четыре части.

Об уровне биологических знаний древних греков можно судить на основании учения Эмпедокла (490—430 гг.) о происхождении органической природы. Эмпедокл пытался дать историю возникновения и эволюции организмов. Согласно Эмпедоклу, на земле раньше всего появились растения, потом животные и затем люди. В процессе органического развития выживали лишь виды, наиболее приспособленные к данным условиям, все другие погибали. В теории Эмпедокла, как и в теориях всех его современников, диалектические объяснения переплетаются с метафизическими. Признавая закономерность эволюции органического мира, Эмпедокл в то же самое время утверждает существование души, присущей как растениям и животным, так и людям.

Высшим достижением древнегреческой материалистической философии было учение Демокрита.

Демокрит из Абдер (конец 460—370 гг.) был образованнейшим человеком своего времени. Он имел основательные познания во всех отраслях тогдашней науки: математике, физике, медицине, астрономии, филологии, технике и т. д. Основное сочинение Демокрита «Великий диакосмос».

Признавая мир материальным, Демокрит развивает так называемую атомистическую теорию, которая, как предполагают, впервые была выдвинута еще до Демокрита его учителем Левкиппом. Согласно этой теории, мир состоит из атомов—мельчайших незримых частиц материи, находящихся в вечном, непрекращающемся движении. Это движение не имеег начала во времени. Атомы неизменны, вечны. Они различаются по форме, величине и весу. Вне атомов (бытия) и пустоты (небытия) (ибо без нее Демокрит не представлял себе их движения) в мире нет ничего. В силу своей весомости, подчиняясь законам механического движения, атомы движутся в пустом пространстве, наталкиваются друг на друга и отталкиваются, соединяются и разъединяются, образуя всевозможные комбинации и сочетания. «Начало вселенной — атомы и пустота».

Таким образом, вселенная, по Демокриту, есть не что иное, как комбинация атомов, постоянно меняющаяся в трех направлениях — формы, сочетания и положения. Эти комбинации и дают великое множество существующих в природе вещей. Возникающие из соединений атомов тела постоянно изменяются. Вселенная вечна и бесконечна, миры бесчисленны, они вечно возникают, развиваются и погибают. Тем самым Демокриту принадлежит догадка о неразрывности материи и движения. Демокрит считал, что и душа материальна, но она состоит из круглых, более подвижных атомов.

В то же время Демокрит видел в явлениях природы закономерность и причинную обусловленность. Решительно все происходит по необходимости. Случайность он считал понятием субъективным.

Демокритом была разработана и своя теория познания. Он справедливо полагал, что начальной ступенью познания являются ощущения. Однако это лишь «темное» познание. Для правильного представления о мире необходимо вмешательство разума — «истинного» познания.

Для философии Демокрита характерны и атеистические тенденции. По его учению, не бог, а природа определяет развитие вселенной. Продолжателем и популяризатором взглядов Демокрита был Эпикур (IV в.).

По своим политическим взглядам Демокрит, как это видно из сохранившихся фрагментов его высказываний, был сторонником демократии и сильного демократического государства — полиса. Демокрит говорил: «Бедность в демократии настолько же предпочтительнее так называемого благополучия (граждан) при царях, насколько свобода лучше рабства».

5. Софисты и Сократ

Софистика как направление в философии была значительным фактором культурной и социальной жизни классической Греции.

По профессии софисты были странствующими учителями мудрости и красноречия, переезжавшими из одного города в другой. Они выступали на общественных праздниках и торжествах с панегириками городу, надгробными речами, восхвалениями какого-либо лица, общественного деятеля, полководца, поэта или писателя.

Кроме демонстрации образцов красноречия и блестящего стиля, софисты преподавали риторику, логику, грамматику и т. д. Чтобы развить логические и словесные способности учеников, им предлагались самые разнообразные темы: панегирики павлинам, мышам, горшкам, соли и пр. Отрицательной стороной софистики был доведенный до крайних пределов формализм, нередко переходивший в игру словами и понятиями, в схоластику. Этим объясняется современное нарицательное значение слова «софистика» — умственная эквилибристика, внешне эффективные, но лишенные подлинной логики умозаключения. Философский скепсис и субъективизм не помешали, однако, некоторым софистам заниматься науками и искусствами.

Софистов делят на старших и младших. Из старших наиболее известны Протагор и Горгий. К младшим софистам принадлежат Антифонт, Алкидамант и Критий.

Расцвет софистики относится ко второй половине V в., ко времени процветания Афин. В этот период старая система знаний, покоившаяся на ионийской натурфилософии и наивном реализме, уже не могла удовлетворить запросы человеческого ума, особенно в области общественных наук. Противоречия социальной жизни, накопленный опыт и культурно-философские проблемы этого времени не умещались в рамках старых теорий и философских систем.

Впервые в истории человеческой мысли вставал вопрос о природе самого знания. Что такое знание? Как оно возникает? Что является критерием объективной истины и, наконец, вообще существует ли объективная истина?

На последний вопрос софисты давали отрицательный ответ. Наиболее последовательно точка зрения научного субъективизма или релятивизма (относительности) проведена в сочинениях Протагора, современника Перикла и Сократа, одного из самых известных греческих софистов. В познании, согласно теории Протагора, главное — ощущение. Поскольку ощущение субъективно, субъективно и всякое познание, и поэтому оно имеет значение только для познающего. Никакого сверхчеловеческого знания и сверхчеловеческих истин, в том числе и религиозных, не существует. Каждый о вещах судит в меру своего разума и считает это суждение правильным до тех пор, пока его противник логическими аргументами не докажет ему противного. Что кажется человеку правильным, то и на самом деле правильно. «Человек — мера всех вещей». Каждая вещь имеет две стороны и может быть рассматриваема с двух точек зрения. Так, например, болезнь для больного — зло, для врача — добро, и оба суждения одинаково правильны. Добродетель же, о которой так много спорят философы, рассматривается Протагором как наилучшее (нравственное) состояние, приводящее человека к деятельности.

Отрицая существование общеобязательных истин, софисты придавали гораздо большее значение методу отбора и группировки материала, чем их предшественники, что в то время было большим научным прогрессом. Только овладев философским методом, учили софисты, можно охватить все разнообразие естественных и социальных явлений. Знание организует природные способности человека, помогая ему ориентироваться в сложных условиях окружающей жизни. Образованный человек— в то же время и добродетельный, так как образование, т. е. знание действительности, помогает ему установить правильные отношения с окружающей его общественной средой.

Таковы основные положения софистики, в большей или меньшей степени отраженные в высказываниях всех софистов. Вообще же учения софистов трудно унифицировать. Философы, которых мы объединяем под общим названием софистов, высказывали весьма различные взгляды, и между ними существо­вали расхождения по самым существенным вопросам.

Некоторые из них доходили до отрицания традиционной веры в богов. Другие с поражающей нас смелостью высказывались о рабстве, которое трактовалось ими не как обусловленное самой природой людей, а как явление историческое и, следовательно, отнюдь не вечное.

Софист Алкидамант, например, утверждал, что «бог создал всех равными, природа никого не сделала рабом». Некоторые софисты выдвигали идею исторического происхождения государства и естественного права. Государство и законы рассматривались как результат договора, а демократия — как организованная защита бедных и слабых против покушений на их права со стороны сильных и богатых. Некоторые же софисты, например Критий, проповедовали право сильного и оправдывали олигархические перевороты.

Не было ни одной жизненной сферы, которой не коснулись бы софисты. В экономике, политике, математике, естествознании и социологии — во всех областях человеческого знания — софисты поставили ряд вопросов и предложили много новых точек зрения. Однако разрешению этих вопросов мешала идеалистическая основа философии софистов, присущий им скепсис и субъективизм.

К софистам непосредственно примыкал и Сократ (469— 399 гг.), сын афинского скульптора Софрониска и сам скульптор.

Сократ получил разностороннее философское образование, проявив редкие способности. Учителями Сократа были софисты. Во время Пелопоннесской войны он участвовал в трех сражениях, и при Потидее даже спас жизнь Алкивиаду. В качестве притана участвовал в процессе стратегов, командовавших флотом в сражении при Аргинусских островах. На процессе Сократ выступил против мнения большинства собрания, приговорившего стратегов к смерти.

В 399 г. афинский суд обвинил Сократа в безбожии, и ему был вынесен смертный приговор. Ему было поставлено в вину, что проповедуемое им учение подрывает основы государственности и демократии.

Рассуждения Сократа о том, что управлять государством должны не все, а люди «знающие», «умелые», «лучшие», т. е. аристократы, были явно направлены против основных принципов афинской рабовладельческой демократии. Среди друзей и последователей Сократа было много сторонников олигархии.

Согласно преданию, Сократ умер, сохраняя полное спокойствие, так как он считал себя абсолютно невиновным в предъявленных ему обвинениях. На предложение одного из своих учеников и друзей, Критона, бежать в Фессалию, Сократ ответил отказом, считая такой совет недостойным и противным законам страны. Когда друзья спросили Сократа, как бы он хотел быть погребенным, Сократ ответил, что это для него совершенно безразлично. «После его смерти не будет того Сократа, который вот теперь говорит со своими друзьями, но вместо живого человека останется его холодный, бездыханный труп». Закончив беседу с друзьями, Сократ принял принесенную ему чашу с цикутой (ядом) и умер. Художественное описание последних минут жизни Сократа дано его учеником, философом Платоном, в «Апологии Сократа» и в диалоге «Федон».

Сократ был рационалистом и считал разум основой человеческого существа, а знание — высшей добродетелью. Методом научного познания он, так же, как софисты, признавал систему вопросов и ответов; в споре можно было, по Сократу, установить истину. Сократ отвергал познавательный нигилизм софистов. Внутренний голос, который Сократ называл даймонион, подсказывал ему, что существуют абсолютные этические ценности. Разум эти ценности не может постигнуть; это сверхразумные, или сверхрациональные, истины. Абсолютным, действительным знанием владеет только бог, знания же человека ограничены. В отличие от философов раннего времени Сократ не проявлял интереса к познанию внешнего мира. Интересы его были преимущественно сосредоточены на внутреннем мире человека, проблемах человеческого познания, проблемах этики. Эти мысли отражены в популярном афоризме Сократа: «Я знаю только то, что я ничего не знаю». Свою задачу по отношению к многочисленным ученикам Сократ видел прежде всего в том, чтобы, по образному его выражению, выступать в роли акушера, помогать рождению их собственных мыслей; главная его цель — найти не самое знание (софия), а разжечь любовь к знанию, в особенности высшему из всех знаний — философии.

Познавательный процесс, по мнению Сократа, должен начинаться с познания самого человека. «Познай самого себя» — таков лозунг сократовской философии и теории познания.

Сократ стремился, таким образом, преодолеть гносеологический и этический скепсис софистов и утверждал,, что существует объективная истина. Но при этом он руководствовался идеалистическими предпосылками. Учение Сократа поэтому подготовило почву для платоновского идеализма.

Подобно софистам, Сократ имел свой круг сторонников или друзей, с которыми он вел беседы по различным вопросам. Занятия сократовского кружка происходили в гимнасиях, на площадях и в частных домах.

Среди учеников Сократа были многие известные деятели того времени, отличавшиеся по взглядам, настроениям и социальной принадлежности.

6. Платон

Заключительным звеном научно-философских достижений классической Греции были две грандиозные системы — Платона и Аристотеля. Их культурно-историческое значение неравноценно. Значение Аристотеля для развития философской мысли последующих веков гораздо больше, чем Платона. С одной стороны, Аристотель подвел итог всем предшествующим знаниям, а с другой — положил начало новым философским системам, пережившим античный мир и оказавшим воздействие на основы современного знания.

Платон (427—347 гг.) происходил из старинного рода Кодридов и находился в родстве с видными олигархами. Его дядей был Критий, глава «тридцати тиранов». Платон получил прекрасное образование, обладал незаурядным литературным и поэтическим талантом. Знакомство с Сократом направило его на путь серьезного изучения философии. После смерти Сократа (399 г.) Платон уехал из Афин, посетил Кирену и Египет. Через несколько лет после этого путешествия Платон отправился в Южную Италию, где познакомился с некоторыми пифагорейцами. Когда Платону было 40 лет, его пригласили в Сицилию ко двору сиракузского тирана Дионисия Старшего. По возвращении в Афины (388 г.) Платон в 387 г. основал Академию — философскую школу, названную так по имени афинского героя Академа. Академия была не столько школой в нашем понимании этого слова, сколько объединением учеников-единомышленников Платона. В 60-х годах IV в. Платон еще раз ездил в Сицилию, где тираном был тогда сын Дионисия Старшего, Дионисий Младший. В 347 г. Платон умер в Афинах.

Платон написал много сочинений на разные, преимущественно философско-этические темы. В большей части платоновских произведений (диалогов) главным действующим лицом является Сократ. Из платоновских диалогов известны «Апология Сократа», «Критон» (о повиновении законам), «Протагор» (о добродетели), «Горгий» (о красноречии), «Пир» (о любви), «Федон» (о бессмертии), «Тимей» (о мироздании) и т. д. Исследованию природы идеального государства посвящены специальные трактаты «Полития» и «Законы».
Изложить философию Платона очень нелегко. Платоновская система в высшей степени сложна и противоречива. Сам Платон несколько раз пересматривал, дополнял и изменял свои взгляды.

Учение Платона вкратце сводится к следующему. Окружающий нас реальный мир не есть истинный мир. Это лишь бледное отражение действительного, сверхопытного мира идей, интуитивно постигаемых нашим интеллектом. Идеи или понятия присущи нашему сознанию как таковому. Опыт же только делает их прозрачными, обнаруживающимися в логических суждениях и представлениях. Действительные истины — только одни идеи — «эти неподвижные полюсы в вечно меняющемся потоке явлений».

Опыт лишь несовершенно отражает в себе высшие неизменные образы (идеи), стоящие вне времени и пространства, недоступные восприятию, но созерцаемые чистым разумом (мышлением). Отсюда высокая оценка Платоном разума (нус), связывающего опытный мир разрозненных явлений (апейрон) с потусторонним миром идей, бледной копией которого является окружающий нас реальный мир. Сам по себе реальный мир как бы не существует, он получает свое оформление лишь через посредство разума, превращающего материальный хаос (апейрон) в стройную систему (космос).

Однако самое понятие интеллекта, или разума, у Платона очерчено туманно, неотчетливо и противоречиво. Иногда интеллект отождествляется с душой, связывающей мир идей с материальным миром. Душа, заключенная в смертное тело человека, вспоминает остающийся вечно неизменным мир идей, в котором она когда-то пребывала. Душа стремится вырваться из тела и подняться в идеальный мир. Поэтому высшей целью познания признается не исправление, а преодоление мира, не активная деятельность, а пассивное созерцание. Это, полагает Платон, достигается углубленным познанием реального мира.

За отправную точку познания Платон принимает чувственное восприятие, переходящее в первую ступень познания — в чувственные представления, или мышление. Из чувственных представлений возникает рассудочное познание (рефлексия), называемое научной гипотезой. Научные гипотезы, в особенности гипотезы самой абстрактной и точной из всех наук — пространственной геометрии, служат отправной точкой настоящего мышления, раскрывающегося в диалектике, высшей из всех наук. Значение диалектики, по Платону, состоит в обнаружении несостоятельности чувственного мира перед идеальным (умозрительным), получаемым путем непосредственного созерцания или интуиции.

Ахиллесова пята идеалистической философии Платона — метафизическое и вместе с тем противоречивое даже с внешней стороны определение материи, разума (души) и природы того идеального мира, бледным отражением которого является ре­альный мир чувств и рефлексов. С одной стороны, идеальный мир рассматривается - как продукт творческой фантазии и разума, а с другой — как нечто извне данное и совершенно не зависимое от человеческой психики. В своей философии Платон возвращается к донаучному, теологическому мышлению и приходит к мистике. По своему содержанию философия Платона идеалистическая и глубоко реакционная.

Философская концепция Платона, последовательного противника демократии, неотделима от его социально-политических идеалов. Платон жил в период начинающегося кризиса полиса, острой классовой борьбы и напряженного искания новых форм общественной жизни.

Классический полис с его небольшим коллективом полноправных граждан изживал себя. Историческая обстановка требовала создания более широких государственных объединений. Кризис полиса вылился в формы небывалого обострения политической борьбы между различными группировками, постоянных потрясений. Современники Платона мучительно искали выхода из кризиса. Одни видели выход в дальнейшей демократизации государственного строя, другие, напротив, в возврате к политическим «порядкам отцов». Сократ, учитель Платона, утверждал, что управление государством принадлежит к разряду «царственных искусств» и, следовательно, должно находиться в руках людей, обладающих «царственными добродетелями» — мудростью, высокой нравственностью и справедливостью.

Логическим выводом из этого было ограничение числа полноправных граждан, обладающих не только пассивным, но и активным правом, т. е. правом не только выбирать, но и быть избранными. Ученик Сократа и современник Платона, Ксенофонт, идеализировал спартанские порядки и превозносил персидскую монархию. В трактате «О доходах» Ксенофонт доводами экономического порядка доказывал необходимость расширения прав государства в экономической сфере. Все это говорит о том, что эпоха Платона была временем напряженных исканий новых форм общественно-политического устройства.

Отличие «Политии» Платона от других подобного рода известных нам трактатов Греции V в. заключается в том, что Платон первый дал законченный образец (утопию) «идеального», по его мнению, государства.

Главное зло современного ему общества Платон видит в эгоизме, разделяющем общество на два полюса — полюс богатства и полюс бедности. Причина же эгоизма заключается в непонимании истинного смысла аретэ — добродетельной жизни. Утрата аретэ порождает сребролюбие, жадность, своеволие, дерзость и тем самым разрушает общественный порядок. В афинском строе Платона более всего возмущала «неумеренная свобода демоса». В Афинском государстве, сетует Платон, нет различия между свободными и рабами, гражданами и иностранцами, учениками и учителями, старыми и молодыми. Состояние Афинского государства таково, что оно нуждается в немедленном «оздоровлении»,— таков конечный вывод Платона. Полное же оздоровление возможно лишь в идеальном обществе, построенном на добродетели, т. е. справедливости. Справедливость же Платон трактовал с типично рабовладельческой классовой точки зрения, выдавая ее за объективно-истинную.

Анализу справедливости, в понимании Платона, посвящена значительная часть «Политии». Справедливое у Платона совпадает с понятием разумного, а разумное приобретается от рождения и совершенствуется в процессе занятия философией и наукой. Справедливое, говорит Платон, лучше, чем несправедливое, потому что оно обеспечивает человеку и обществу возможный максимум счастья. Поэтому во главе «идеального государства» (политии) должны стоять справедливые и разумные люди, которых Платон называет философами.

Философы должны вести созерцательный образ жизни и заботиться о проведении в жизнь справедливого и разумного. Они не должны иметь ни собственности, ни семьи, которые, по мнению Платона, порождают алчность, эгоизм, ослабляют государство. Философы, правители государства, живут вместе и избавлены от всяких забот и тревог материальной жизни.

Второй слой политии составляют воины, охраняющие государство от покушений извне. Подобно философам, воины тоже не имеют собственности и семьи. Деторождение регулируется государством. «Дети у всех общие, ни родители не знают детей, ни дети родителей». Слабые дети уничтожаются при рождении, а здоровые передаются на воспитание в воспитательные дома.

К третьему слою политии относится остальная масса граждан — земледельцы, купцы, ремесленники, называемые общим термином ремесленники (демиурги). Ремесленники имеют частную собственность и семью, и их образ жизни также регулируется государством. Демиурги принадлежат государству и распределяются по 13 производственным округам. Своим трудом они доставляют государству необходимые материальные блага. «Попечение» над «ремесленным классом» вверено специальным чиновникам (агораномам), которые также регулируют и рыночные отношения. Денежное обращение и богатство в политии Платона ограничены определенными узкими рамками. Полития Платона не исключает и рабства в собственном смысле. В этом сказалась рабовладельческая сущность социальной философии Платона.

И в «Политии» и в «Законах» идеальное государство Платона является аграрным. Основной хозяйственной отраслью признается земледелие и натуральное хозяйство, торговля и денежное обращение почти сведены на нет.

7. Аристотель

Философская концепция Аристотеля складывалась в иных социально-политических условиях и выражала взгляды других социальных групп. Аристотель, вначале находившийся под сильным влиянием Платона, впоследствии отошел от своего учителя и пошел собственным путем.
Аристотель (384—322 гг.) происходил из города Стагира (Стагирит), колонии Андроса на Халкидском полуострове, по соседству с Македонией. Отец его, Никомах, был придворным врачом македонского царя Аминты III, отца Филиппа II. Семнадцати лет Аристотель прибыл в Афины и вступил в Академию Платона. В 343 г. он был приглашен воспитателем к молодому наследнику македонского престола Александру и пробыл в Македонии около восьми лет. По возвращении в Афины Аристотель занялся преподаванием и научными исследованиями. Он преподавал в афинской гимнасии, Ликее, посвященной Аполлону Ликейскому.

После смерти Александра Македонского, когда Афины стали центром антимакедонского движения, Аристотелю пришлось бежать в город Халкиду на Эвбее, где он вскоре и умер.

Аристотель обладал исключительно широкими и разносторонними познаниями. Его с полным правом можно назвать энциклопедистом, так как он был одинаково сведущ в философии, математике, истории и в особенности в естественных науках: физике, зоологии, физиологии, ботанике и медицине. Философия Аристотеля—прежде всего натурфилософия. Наибольшее влияние на мировоззрение Аристотеля оказали Демокрит и Платон.

Аристотелевская натурфилософия представляет собой стройную систему, хорошо продуманную в целом и частях, связанную одной мыслью. Исходной точкой естественнонаучных взглядов Аристотеля была медицина или, вернее, физиология, трактующая о рождении, развитии и смерти организма. Усиленные занятия физиологией приучили Аристотеля смотреть на все явления природы, социальной и индивидуальной жизни как на органический процесс, на процесс становления.

Жизнь, по Аристотелю, есть стремление материи к оформлению, т. е. к выявлению заложенной в ней идеи движения и силы (дюпамис). Форма является общим началом, организующим и одухотворяющим мертвую материю, рассеянную в природе. Сама же форма в своем бытии предопределяется заложенной в каждом существе целью (телос), раскрывающейся в движении. Так, в семени растения уже предопределено все последующее его развитие, его будущая форма. С точки зрения Аристотеля, форма и материя неотделимы друг от друга, и это не абстрактные понятия, а две различные стороны единого жизненного процесса. В этом состоит коренное различие между идеалистической философией Платона и реалистической концепцией Аристотеля. Следовательно, нет никакого мира идей, существующих сами по себе, вне реальной материи. Это сближает точку зрения Аристотеля с материалистической.

Жизнь вселенной есть стремление принять известную заложенную в ней форму. Так, цветок стремится обрести максимально совершенную форму цветка, дерево — форму дерева, человек— форму человека и т. д. Стремление к чему-либо, однако, не означает еще достижение этого стремления. Идеальное сочетание формы и содержания представляет скорее исключение, чем правило, воплощаясь лишь в произведениях искусства, истинный смысл которых как раз и состоит в дополнении, расширении и углублении действительного мира, а не в голом его копировании.

Начальным моментом всякого жизненного процесса является толчок (импульс), получаемый вещью извне, приводящий в движение силы, заложенные в данной вещи. Первоначальный же импульс, который привел в движение весь мир, исходил от творческого разума, определяемого Аристотелем в разных его сочинениях различно: «мышление мышления», «чистое мышление», «актуальность», «принцип всякого движения», «божество». Весь миропорядок представляет собой, с точки зрения Аристотеля, закономерную цепь причин и следствий.

Без движения не существует ни времени, ни пространства, ни материи, как и вообще не существует мира и жизни. Жизнь и мир — это движение. Учение о движении составляет самую сильную и интересную часть натурфилософии Аристотеля, хотя и содержащую немало противоречий, парадоксов и ошибок.

Завершением натурфилософской системы Аристотеля является его учение о методах мышления, или логика. Исходной точкой логики, по Аристотелю, служит опыт, из которого путем индукции выводятся общие принципы, а на основе принципов путем логических операций нашего ума—умозаключений (силлогизмов) — делаются частные выводы. Учение о силлогизмах составляет основное содержание «Органона», специального исследования в четырех книгах, посвященного вопросам логики и методологии. В последующее время, особенно в средневековой Европе, «Органон» (органон — инструмент, в данной связи инструмент логического мышления) был самой популярной, читаемой и изучаемой книгой Аристотеля. На нем покоилась вся средневековая схоластика.

Социальным вопросам Аристотель посвятил специальный трактат «Политика» (326 г.). Этот трактат был написан на основе монографических исследований конституций отдельных греческих полисов в их историческом развитии. Самим Аристотелем и его учениками было составлено 158 таких исследований (политий). Образцом этого рода произведений является «Афинская полития» самого Аристотеля, ставшая известной только в 1891 г.

В то время как Платон занимался конструированием идеальной политики, пригодной для всех времен и народов, внимание Аристотеля было направлено на исследование социальных условий, при которых возникает и исчезает тот или иной политический строй. Платон, писавший об идеальном государстве вообще, как полагает Аристотель, допускал большую ошибку, не учитывая конкретных исторических условий, при которых существует данное общество. Одна и та же форма правления может быть и хорошей и плохой в зависимости от обстоятельств и людей, которые стоят во главе государства. Абсолютно наилучшего государства не существует. Речь может идти только о более или менее совершенном строе, что опять-таки зависит от конкретных условий, при которых возникают и исчезают различные политические формы.

Число же политических форм Аристотель считает величиной данной и неизменной. Он различает формы правильные и неправильные. К правильным формам относятся: 1) монархия, 2) аристократия и 3) полития. Каждой из них соответствует неправильная форма как следствие нарушения необходимых условий. Монархия вырождается в деспотию или тиранию, аристократия — в олигархию, а полития — в демократию (господство черни). Критерием отличия правильных форм от неправильных выступает общее благо. Одной из самых интересных глав «Политики», вообще очень богатой мыслями, является глава о государственных переворотах и революциях, где Аристотель высказывает много глубоких и тонких суждений.

Исходя из своей социально-философской концепции, Аристотель наилучшим строем для Афин считал политию, т. е. умеренную демократию.

Сила и значение Аристотеля как мыслителя заключаются не в его политических идеалах и симпатиях, а в его историческом и диалектическом методе.

После Аристотеля осталась школа его учеников, так называемых перипатетиков. Это название школа получила, видимо, оттого, что Аристотель во время чтения лекций обыкновенно не сидел, а ходил взад и вперед (перипатейн означает «ходить кругом», «прогуливаться»). Перипатетики были представлены двумя направлениями — естественнонаучным и философским. Во главе одного стояли ученики и продолжатели Аристотеля — Феофраст и Дикеарх. Помимо специальных работ, Феофраст и Дикеарх занимались составлением проектов «наилучших государственных порядков». Наиболее совершенной политической формой, по их мнению, являлась смешанная полития, сочетающая элементы монархии, аристократии и демократии. Естественнонаучная школа Аристотеля выдвинула ряд блестящих ученых — физиков, естественников и математиков.

Другая ветвь перипатетиков отклонилась в сторону идеализма и мистицизма, подготовляя тем самым почву для христианства.

Значение Аристотеля в дальнейшем развитии философии весьма велико.