История Древней Месопотамии

Ассирия

10. Хозяйство и общественный строй Ассирии IX—VII вв. до н. э.

В обширных степях и горных областях Северной Месопотамии люди издавна занимались скотоводством. К различным видам домашних животных, прирученных в глубокой древности, прибавляется верблюд. Двугорбые верблюды появляются в Ассирии при Тиглатпаласаре I и Салманасаре III, но широко использовать верблюдов, в частности одногорбых, стали лишь со времени Тиглатпаласара III. Ашшурбанипал захватил во время своего похода против арабов так много верблюдов, что цена на них упала в Ассирии с 1 2/3 мины (841 г серебра) до 1/2 шекеля (4,2 г серебра). Верблюдами здесь пользовались как вьючным скотом во время военных походов и торговых экспедиций, особенно при больших переходах по безводным, сухим степям и пустыням. Из Ассирии домашние верблюды распространялись по Иранскому плоскогорью и Средней Азии.

Наряду со скотоводством развивалось и земледелие. Довольно широкое распространение получило не только зерновое, но и садовое хозяйство. В ведении царского дворца находились большие фруктовые сады, в которых разводили ценные сорта плодов и овощей, вывезенных из соседних стран, из горных районов Амана и приморской страны Халдеи. Делались попытки акклиматизировать мирровое дерево и даже «дерево, приносящее шерсть», возможно, хлопчатник. Ценные сорта виноградной лозы привозили из горных стран. В развалинах Ашшура были найдены остатки большого сада, разбитого по приказу Синнахериба. Сад занимал орошаемую каналами территорию в 16 000 м2, покрытую искусственной насыпью. Сохранились изображения и менее крупных частновладельческих садов, обычно обнесенных глиняной стеной.

В эпоху расцвета материальной культуры древней Ассирии ремесленники использовали вековой опыт своих предшественников — металлургов, гончаров, каменотесов, резчиков по камню и других умельцев, работавших как в Месопотамии, так и в ряде стран Малой Азии, в Закавказье и даже в Финикии.

Наличие камня давало возможность широко применять его в строительстве, главным образом в больших городах, развалины которых сохранились и дают яркое представление об архитектуре, градостроительстве, технике сооружения крепостей. Около Ниневии добывался известняк, служивший для изготовления монолитных статуй, изображающих гениев — покровителей царя и царского дворца. Другие сорта камня, необходимого для построек, а также различные драгоценные камни ассирийцы привозили из соседних, главным образом северных и восточных стран. Лазурит доставляли через Мидию, возможно, из Бадахшана, а яшму вывозили из страны Урарту.

Особенно широкого развития и технического совершенства достигла в Ассирии металлургия. В VIII в. до н. э. железо в технике и в быту вытесняет медь и бронзу. В развалинах последней столицы Ассирии — Ниневии — были найдены железные предметы. Целый склад железных изделий был обнаружен при раскопках дворца Саргона II (Дур-Шаррукин) — это и орудия (мотыги, лемехи, лопаты, плуги), и гвозди, и цепи, и даже слитки. Добыча и обработка железной руды произвели переворот в технике, вызвали рост и усложнение металлургии. Появились особые термины, обозначающие кузнецов, работающих по бронзе или работающих по железу. На очень широкое распространение железа указывает и резкое падение цены на этот новый и более доступный вид металла. Чеканка и литье металла выделяются в особые производства.

Столь же специфично для поздней Ассирии широкое распространение непрозрачной стеклянной пасты, стекловидного фаянса, главным образом кафелей (изразцов), покрытых пестрой, многокрасочной глазурью. Этими изразцами обычно украшались стены и ворота больших зданий, храмов и дворцов. Ворота дворца Саргона II в Хорсабаде роскошно украшены изображениями «гениев плодородия» и розеточным орнаментом, а стены — не менее роскошными изображениями символического характера: льва, ворона, быка, смоковницы и плуга. Техника многокрасочной орнаментации стен при помощи глазурованных кафелей сохранилась в нововавилонскую эпоху, а затем была заимствована соседними народами Ирана и Средней Азии.

В большом Ассирийском государстве все больше и больше развивался торговый обмен. Из иноземных стран привозили различные товары. Тиглатпаласар III получал из Дамаска ладан. При Синахерибе из приморской Халдеи привозили камыш, необходимый для построек, из Финикии — художественные изделия из металла и слоновой кости, знаменитые сиро-финикийские чаши и художественную орнаментацию для мебели, ларцев и стен, вырезанную из слоновой кости. Во дворце Синахериба были найдены куски глины с оттисками египетских и хеттских печатей, при помощи которых запечатывали посылки. Большое количество документов позволяет судить о постоянной продаже и покупке земли, построек, скота, рабов и т. д. Не только крупные торговцы, но и ростовщики наживали на торговых операциях значительные барыши.

В Ассирии скрещивались важные торговые пути, соединявшие различные страны и области Передней Азии. Реки и каналы использовались для перевозок грузов. Товары сплавляли главным образом вниз по течению. Геродот описывает ассирийские корабли, каркасы которых были обтянуты кожами. По словам Геродота, на этих кораблях везли из северных областей бочки с пальмовым вином. Впрочем, похожая конструкция легких кораблей и плотов, сделанных из дерева, иногда пропитанных асфальтом, иногда обтянутых кожей, сохранялась в Ираке еще в начале XX в. Примитивная техника кораблестроения давала возможность везти товары и людей по Тигру и Евфрату вверх по течению лишь до Описа и Вавилона. Караванные пути шли из Ассирии в области Армении, в район больших озер — Вана и Урмии. К озеру Урмия обычно следовали по долине Верхнего Заба через Келешинский проход. Важные дороги вели на запад от Тигра в Северную Сирию и к границам Малой Азии через Насибин и Харран к Кархемышу и через Евфрат — к Киликийским воротам в области, населенные хеттами. Большой караванный путь шел из Ассирии на Пальмиру и дальше к Дамаску. Все эти пути вели в конечном счете к большим портам, расположенным на берегу Средиземного моря. Особенно важным был издавна известный торговый путь от западной излучины Евфрата в Сирию, а оттуда по морю к островам Средиземного моря и в Египет.

В Ассирии в связи с торговлей, с развитием военного дела появились мощеные дороги, необходимые для перевозки грузов и особенно для переброски войск. В одной надписи говорится, что когда Ассархаддон заново отстроил Вавилон, то «открыл его дороги на все четыре стороны, чтобы вавилоняне, пользуясь ими, могли сообщаться со всеми странами». Эти дороги имели и стратегическое значение. Так, Тиглатпаласар I построил в стране Куммух «дорогу для своих повозок и войск». Со­хранился остаток такой дороги, соединявшей крепость царя Саргона II с долиной Евфрата. Техника дорожного строительства, развитая ассирийцами, была впоследствии заимствована и усовершенствована персами. Ассирийские дороги хорошо обслуживались. На определенных расстояниях ставились указатели. Стража, охранявшая дороги, пользовалась для передачи важных сообщений огневыми сигналами. Дороги в пустынных районах охранялись особыми укреплениями и снабжались колодцами. В дальних районах караваны подвергались большому риску: на них иногда нападали кочевники, разбойники, а иногда неприятельские войска. Ассирийские чиновники наблюдали за регулярной отправкой караванов. Один чиновник в особом послании доносил царю, что караван, вышедший из страны набатеев (Северо-Западная Аравия), подвергся ограблению и что единственный спасшийся караванщик послан к царю, чтобы сделать ему личный доклад. Ассирийцы умели строить мосты, чаще всего деревянные, но иногда и каменные. Синахериб построил в одном городе против городских ворот мост из плит известняка. Геродот сообщает, что мост в Вавилоне был построен из отесанного камня, скрепленного железом и свинцом.

Наличие сети дорог привело к возникновению государственной службы связи. Особые гонцы развозили царские послания по всей стране. В крупных населенных пунктах находились чиновники, ведавшие доставкой царских писем. Если эти чиновники в течение 3—4-х дней не отправляли писем и послов, на них поступали жалобы в столицу государства — Ниневию. Сохранились даже обломки глиняных табличек с текстами древнейших путеводителей, в которых указывается расстояние между отдельными поселениями в часах и днях пути.

Несмотря на широкое распространение торгового обмена на большой территории, вся система хозяйства в целом сохраняла натуральный характер. Подати и дань обычно взимались натурой. При царских дворцах находились большие склады, где хранились различные товары и продукты сельского хозяйства, иногда дань, присланная из соседних стран, иногда натуральные поступления от населения.

У ассирийцев сравнительно долго сохранялись некоторые остатки древних родовых и общинных порядков, в частности обычного права. Так, например, вплоть до эпохи Ашшурбанипала (VII в. до н. э.) дожили пережитки кровной мести. В одном документе этого времени говорится, что вместо «крови» следует отдать рабыню, чтобы «смыть кровь». Если человек отказывался дать возмещение за убийство, его следовало убить на могиле убитого. В другой надписи сказано, что убийца обязывается отдать в возмещение за убитого свою жену, своего брата или своего сына. Наряду с этим существовала патриархальная семья и домашнее рабство.

Очень большое количество деловых документов, касающихся продажи людей и поместий (купчии на рабов и землю), царских жалованных грамот, писем и статистических документов, среди которых выделяется опись земель и людей, составленная с целью установления податей и повинностей (Харранский кадастровый реестр), позволяет проследить процесс классового расслоения ассирийского общества. В сохранившихся надписях часто говорится о покупке рабов, причем «купленные» люди противопоставляются «свободным». Так, в одном письменном запросе, обращенном к Саргону II, испрашивается указание царя о том, каких людей — «купленных» или «свободных» — следует привлечь к строительным работам. О покупке рабов отдельными знатными лицами говорится во многих документах. Иногда продаются целые семьи из 10, 13, 18 и даже 20 человек. Рабы работали в царском дворцовом, в храмовом или в крупных аристократических хозяйствах. Иногда земельные участки продавались вместе с рабами, которые на них сидели. Этих людей называли «посаженными». Значительное развитие рабства приводит к тому, что рабы получают право пользоваться и владеть своим имуществом, иметь семью. Однако рабовладелец всегда сохранял полную власть над рабом. Он мог его продать, купить, обменять, дать взаймы, сдать в аренду. Раб был в полной мере имуществом своего господина. Хотя отдельные рабы могли с течением времени выходить на свободу, однако вряд ли они получали права полностью свободных людей. Закон не устанавливал, как и ранее, точного различия между рабом и свободным.

Резкое имущественное расслоение не только привело к делению общества на два антагонистических класса, рабовладельцев и рабов, но и вызвало расслоение свободного населения, причем все больше углублялась пропасть между богачами и бедняками.

Как и в других странах Древнего Востока, наиболее крупным собственником в периоды укрепления центральной власти было государство в лице царя, который считался верховным собственником всей земли. Располагая крупным земельным фондом, цари раздавали видным военачальникам, знатным придворным и чиновникам большие земельные угодья. А это приводило к укреплению частного землевладения. Саргон II, покупая землю для постройки своей столицы Дур-Шаррукин, уплачивал собственникам земельных участков стоимость отчужденной у них земли. Много земли находилось в руках частных владельцев, причем наряду с мелкими землевладельцами были и крупные, которые иногда имели земли в сорок раз больше, чем бедняки. Сохранился целый ряд документов, в которых говорится о продаже полей, садов, колодцев, домов и даже целых районов. Отдельные богачи, происходившие из крупной служилой или придворной знати, имели по несколько сот гектаров земли, приобретали новые земли, огороды, рабов, давали взаймы до 3 талантов. Это была большая сумма, так как в тяжелые военные годы в VII в. до н. э. на 3 таланта можно было купить 90 т зерна. Наряду с крупными землевладельцами были и мелкие; некоторые из них имели земли в сорок раз меньше, чем зажиточные рабовладельцы. Крупными поместьями владели не только цари, но и храмы. Эти поместья имели ряд привилегий. Земли, пожалованные царем по особым грамотам, освобождались от податей. Как и в древневавилонскую эпоху, царь раздавал земли военным поселенцам, обязывая их нести военную службу. Это объясняется тем, что длительные войны и жестокие формы эксплуатации приводили к уменьшению численности свободного населения. Продолжая военную политику вавилонских царей, ассирийские деспоты, таким образом, искусственно поддерживали мелкокрестьянское, в некоторых случаях связанное с военной повинностью, землевладение. Салманасар I заселил колонистами северную границу государства. Через 400 лет после этого Ашшурназирпал использовал потомков этих колонистов, чтобы заселить новую провинцию Тушхана. Воинов-колонистов, получавших земельные наделы, поселяли в пограничных районах, чтобы в военное время можно было быстро собрать войска на границах государства. Ассирийские военные поселенцы находились под покровительством царя. Их земельные участки считались неотчуждаемыми. Если местные чиновники силой захватывали эти наделы, пожалованные царем, воины-колонисты имели право жаловаться непосредственно царю. Так, в одном документе жалобщик писал: «Отец моего владыки-царя пожаловал мне 10 имеров пашни в стране Халах. В течение 14 лет я пользовался этим участком и никто не оспаривал у меня этого права. Теперь же пришел правитель области Бархальци,... разграбил мой дом и отнял у меня мое поле. Мой владыка-царь знает, что я лишь бедный человек, который несет службу охраны для моего господина и который предан дворцу. Так как у меня теперь забрали мое поле, я прошу у царя справедливости. Пусть мой царь воздаст мне по праву, дабы я не умер от голода». Возможно, что участок земли, пожалованный царем этому поселенцу, был единственным источником его дохода.