Древний Рим: Империя

Гражданская война 68-69 гг.

2. Отон

Сенат и большинство провинций (кроме Испании, Галлии и Британии, где было сильно влияние вителлианцев) признали Отона. За время своего короткого правления (около 3 месяцев) он обнаружил ум и энергию, которых трудно было ожидать от светского прожигателя жизни. Но преодолеть стоявшие перед ним трудности император не смог. Наученный горьким опытом Гальбы, Отон и не пытался сократить расходы на преторианцев и бороться с их распущенностью. «С этого времени, — замечает Тацит, — все делалось по воле солдат» .
Однако главная угроза надвигалась с севера. Сам Вителлий был полным ничтожеством и своим возвышением был обязан скорее всего влиянию, которым пользовался его отец при императоре Клавдии. Но за спиной «германского императора», как он сам титуловал себя на некоторых монетах, стояли два способных командира — Фабий Валент и Авл Цецина.
Еще до смерти Гальбы отборные войска германской армии двумя группами, которыми командовали Валент и Цецина, двинулись на юг. Вителлий должен был следовать за ними с резервами. Убийство Гальбы, разумеется, не остановило похода. Попытка Отона завязать переговоры с противником кончилась неудачей.
Обе группировки вителлианцев ранней весной форсировали с большим искусством Альпы и соединились около г. Кремоны на среднем течении По (они шли в Италию разными маршрутами). Силы противников были приблизительно равны, но войска Вителлия были лучше обучены и имели более опытных и решительных полководцев. К тому же силы Отона были рассредоточены, и его подкрепления не успели прийти в Италию.
В середине апреля 69 г. около Кремоны произошла решительная битва. Отон потерпел поражение и покончил жизнь самоубийством, проявив перед смертью большую твердость и самообладание. Вителлий был признан сенатом и провинциальными наместниками.
Император Отон не успел запомниться римлянам своими делами, но сумел запомниться достойной смертью, что в тот век удавалось далеко не всем. По свидетельству Диона Кассия (LXIV, 13), Отон перед смертью произнес слова: «Справедливее умереть одному за всех, чем всем за одного». Плутарх (Отон, 18) к этому добавляет: «Прах Отона предали земле и поставили памятник, не вызывавший зависти ни громадною величиной, ни слишком пышною надписью. Я был в Бриксилле и своими глазами видел этот скромный могильный камень с надписью, которая в переводе звучит так: "Памяти Марка Отона". Отон умер на тридцать восьмом году жизни и на четвертом месяце правления. Его жизнь порицали многие достойные люди, но не меньшее число — и не менее достойных людей — восхваляло его смерть. В самом деле, прожил он нисколько не чище Нерона, но умер гораздо благороднее» (пер. С. П. Маркиша).


Тацит. Истории, I, 46.