Древний Рим: Империя

Правление дома Юлиев-Клавдиев

3. Калигула

Гай Цезарь Август Германик, в просторечии Калигула , вступил на престол при самых благоприятных предзнаменованиях. От него, как от сына Германика и Агриппины, ждали смягчения жесткого режима Тиберия. И действительно, в первые месяцы правления Калигула оправдал эти ожидания. Он демонстративно подчеркивал свое уважение к сенату и народу и даже вновь вернул комициям право выбора магистратов. Преторианцы получили богатые награды, народу были устроены великолепные цирковые представления и травли зверей. Своего двоюродного брата Тиберия Гемелла Калигула усыновил. Изгнанники были возвращены, а лица, запятнавшие себя доносами при Тиберии, наказаны.
Однако очень скоро с императором произошла резкая перемена. Он был сравнительно молод (25 лет), вырос на Капри, где Тиберий неотступно держал его при себе, вдали от государственных дел, в обстановке придворного раболепия. От своей матери Агриппины Калигула унаследовал неукротимый нрав, который у него выродился в психическую неуравновешенность. Через несколько месяцев после воцарения он приказал убить Гемелла и Макрона даже без видимости какого-нибудь судебного разбирательства. Легкомысленная трата запасов, накопленных Тиберием, привела Калигулу к повышению налогов и к конфискациям как средству пополнения государственной казны. В 39 г. он предпринял декоративный поход в Германию и в Северную Галлию, не давший никаких результатов. Зато по возвращении в Рим император устроил для себя грандиозный триумф, стоивший огромных денег (40 г.).
Правление Калигулы явилось важным этапом перерождения принципата в монархию. Императорский двор получил при нем стройную организацию, в которой большую роль начали играть вольноотпущенники. Благодаря неуравновешенности императора, требования поклонения его особе приобретали подчас самые нелепые формы (например, Калигула требовал себе божеских почестей, сравнивая себя с Юпитером, хотел сделать консулом своего любимого коня Инцитата и пр.), но исторически этот процесс был совершенно закономерен. Здесь сказывалось также влияние эллинистических монархий, где обожествление личности царя началось с Александра Македонского.
Террористический режим вызвал в 39 г. организацию заговора против Калигулы. Во главе его стоял начальник верхнегерманских легионов Гней Лентул Гетулик. В заговоре был замешан Марк Эмилий Лепид, муж Друзиллы, одной из сестер Калигулы . Возможно, что его предполагали возвести на трон после убийства императора. Заговор был раскрыт , что послужило поводом к новому взрыву террора. Сестры Калигулы Агриппина и Юлия, заподозренные в соучастии, подверглись изгнанию.
После возвращения императора из Галлии в 40 г. был организован второй заговор с участием преторианских командиров (трибун Кассий Херея). 24 января 41 г. Калигула пал под кинжалами заговорщиков.
Римляне радостно восприняли приход к власти сына Германика Гая Калигулы. Однако уже совсем скоро стало ясно, что сын — прямая противоположность отцу. Болезнь усугубила пороки Калигулы. Всего за три года он сумел своими выходками настроить против себя почти все римское общество. Окончательный смертный приговор он подписал себе тогда, когда посягнул на устои рабовладения. По крайней мере, так считает Иосиф Флавий: «Гай позволил рабам выступать с какими угодно обвинениями против своих хозяев... Дело дошло даже до того, что некий раб Полидевк решился выступить с обвинением против Клавдия, и Гай не постеснялся явиться послушать судебное разбирательство по делу своего родственника; он питал даже надежду найти теперь предлог избавиться от Клавдия. Однако это дело у него не выгорело, ибо он преисполнил все свое государство наветами и злом, а так как он сильно восстановил рабов против господ, то теперь во множестве стали возникать против него заговоры, при чем одни участвовали в них, желая отомстить за испытанные бедствия, другие же считали нужным избавиться от этого человека раньше, чем он вверг бы их в большие бедствия» (Иудейская древняя история, XIX, 26, пер. Г. Г. Генкеля).
Удачливее других оказался Кассий Херея, составивший очередной заговор против Калигулы. Вот как рассказывает об этом Иосиф Флавий: «Между тем слух о заговоре распространился среди многих, и все эти люди — сенаторы, всадники и простые воины — вооружились; не было вообще никого, кто бы не считал умерщвление Гая великим счастьем. Вследствие этого все, кто как мог, старались не только не отставать друг от друга в доблести, но по силе возможности от всего сердца словом и делом способствовать убиению тирана. Даже Каллист принадлежал к числу заговорщиков. Это был вольноотпущенник Гая, человек, достигший величайшей власти, почти такой же, как сам тиран, потому что все его боялись, между прочим за его огромное богатство... Он знал, что имеет много разнообразных причин бояться за свою личную безопасность; особенно тут играло роль его несметное богатство. Поэтому он сблизился с Клавдием и тайно примкнул к нему в надежде, что после смерти Гая власть должна же будет перейти к Клавдию, и что он тогда благодаря своему влиянию достигнет у него подобного почетного положения, особенно оттого, что заранее успеет доказать ему свою благодарность и расположение» (там же, XIX, 10). Заговор Кассия увенчался успехом, и Каллист не прогадал, сделав ставку на Клавдия.


«Сапожок» — уменьшительно от caliga, названия солдатской обуви. Так маленького Гая звали солдаты, когда он жил со своим отцом Германиком в военных лагерях и носил военную одежду.

       Говорили, что сестры императора Друзилла и Агриппина были его любовницами.

Весьма вероятно, что нелепый поход Калигулы в Германию вовсе не был таким нелепым, каким он кажется на первый взгляд, но был связан с раскрытием заговора Гнея Лентула.