Древний Рим: Республика

Конституция Римской республики

В результате сословной борьбы в Римской республике образовалась новая патрицианско-плебейская аристократия — нобилитет. Демократия в Риме никогда не смогла добиться таких успехов, как в Афинах; Римская республика всегда оставалась аристократической республикой, руководящим органом которой был сенат. Формально являясь советом при магистратах, фактически сенат управлял государством, подчинив магистратов своей воле. В Риме одновременно действовало три вида народных собраний: куриатные, центуриатные и трибутные. Высшей магистратурой республики был консулат. Претура становится по преимуществу судебной магистратурой, а самой почетной — цензура. Народный трибунат сохраняет свое положение исключительно плебейской магистратуры. Умелое исполнение эдилитета предопределяет успешную политическую карьеру.

Сер. V в. — возникновение трибутных комиции.

443 г. — учреждение цензуры.

366 г. — создание претуры.

Середина III в. — реформа центуриатных комиций.

1. Новая знать

Итак, революция V—IV вв., окончательно разрушившая родовой строй, создала основы для развития Рима как демократического полиса. Однако общие условия в Риме и в Италии были таковы, что степень демократизации, достигнутая римской общиной к началу III в., была относительно невелика. Да и в дальнейшем, вплоть до второй половины II в., то есть до эпохи Гракхов, Рим меньше всего мог быть назван демократическим полисом. На смену старой родовой знати патрициев пришла новая знать (нобилитет), и Римская республика III в. была, в сущности, олигархическим, а не демократическим полисом.

Причина этого явления крылась прежде всего в характере экономики Средней Италии. После падения этрусского могущества руководящая роль в западной половине Средиземного моря перешла к грекам Южной Италии и Сицилии и к финикиянам Карфагена. Торговые пути и торговые центры переместились к югу. Лаций, в царский период находившийся в сфере греко-этрусских торговых и культурных связей, занимавший выгодное положение между Тосканой и Кампанией, теперь оказывается периферией западного Средиземноморья, глухой провинцией. Это не могло не отразиться на характере римской экономики. Если в царский или в раннерес-публиканский периоды интересы римской торговли простирались до Северной Африки (договор с Карфагеном), то в первой половине III в. у Рима почти не было флота, о чем мы знаем из истории первой войны с Карфагеном. Таким образом, в течение V в. происходит упадок римской торговли.

В IV в. Рим стал земледельческим государством с сильным преобладанием сельского населения над городским. История неудачной реформы Аппия Клавдия ясно показывает, каким маленьким удельным весом обладали городские классы по сравнению с сельскими.

Вот почему торгово-промышленная часть плебса не играла той роли в революции V—IV вв., какую играли торгово-промышленные группы в аналогичной революции VII—VI вв. в Греции. Поэтому римская революция была более вялой, менее организованной, растянулась на гораздо более длительный срок, сопровождалась большими периодами затишья и дала менее эффективные результаты в смысле демократизации общественного строя.

В ходе сословной борьбы произошло постепенное слияние богатой части плебеев с верхушкой патрициата. Этот процесс особенно интенсивно развернулся во второй половине IV в., с того времени, как плебеи получили доступ к высшим государственным должностям, а следовательно, и в сенат. Фактически пассивным избирательным правом в Риме в ранний период Республики могли пользоваться только богатые люди. Во-первых, магистратуры были бесплатными, и уже одно это мешало занимать их людям малосостоятельным. Как ни скромен был образ жизни даже высших классов римского общества IV—III вв., все-таки от магистрата требовался известный достаток для «представительства». Тем более, что это понятие было в Риме довольно широким: должностным лицам не только нужно было жить сообразно их достоинству, но многим из них (эдилам, цензорам) приходилось еще вкладывать личные средства в общественное строительство, организацию игр и т. п. Во-вторых, выборы высших магистратов происходили в центуриатных комициях, где, как мы знаем, всадники и первый имущественный класс пользовались абсолютным большинством голосов. Поэтому они всегда проводили кандидатов из своей среды, т. е. людей богатых.

Таким путем из патрициев и плебеев выделился ограниченный круг богатых семей, который держал в своих руках магистратуры, а через них и сенат. Эта замкнутая группа, ревниво охранявшая свое привилегированное положение и не пускавшая в свою среду чужих, была связана родственными отношениями и таким образом являлась наследственной правящей кастой. Ее представителей называли нобилями (nobiles — знатные), а всю группу — нобилитетом (nobilitas—знать).

Нобилитет численно был невелик. О количестве правящих патрицианско-плебейских родов III—II вв. могут дать представление следующие цифры. Из 200 консулов за период с 234 по 133 г. 92 были из плебеев и 108 — из патрициев. Из этого количества 159 консулов принадлежали только к 26 родам: 10 патрицианским и 16 плебейским. Представители рода Корнелиев, например, занимали консульские места 23 раза, Эмилиев — 11 раз, Фабиев — 9, Фульвиев — 10, Клавдиев Марцеллов — 9 раз и т. д. Отсюда легко сделать вывод, что в этот период 26 нобильских родов составляли ядро правящего сословия.

В соответствии с аграрным характером Рима экономической базой нобилитета было землевладение. Торговля и денежные операции с конца III в. все более уходят от нобилей в руки так называемых всадников (об этом речь пойдет дальше). Таким образом, мы можем определить нобилитет как богатую аграрно-служилую часть римского гражданства, как правящую верхушку рабовладельческого класса.

Нобилитет формально не пользовался никакими особыми политическими правами. Но у него были некоторые привилегии и отличия скорее бытового характера. Так, например, только нобили имели право выставлять у себя в доме восковые маски предков (ius imaginum). Эти маски несли также на похоронах. В ранний период только нобили могли носить золотые кольца (ius anuli aurei), они занимали передние места в театре и проч.

Процесс формирования римского нобилитета определялся тремя взаимосвязаллыми вещами: во-первых, тяжелыми, многолетними, но победоносными войнами во второй половине IV в., во-вторых, усилением роли государственных институтов в политической жизни Рима, в-третьих, возникновением новой идеологии высшего класса. Все три составляющие тесно переплетались, выступали одновременно и причинами и следствиями друг друга.

На протяжении всей истории республики высшее властное положение не только по отношению к отдельному гражданину, но и в рамках многочисленных конституционных форм, находилось в руках носителя империя (imperium). Помимо реальной власти каждого магистрата, обладателя империя, окружала особая аура, внушающая благоговение. Ее создавали ликторы и фасции, курульное кресло и особая одежда, а также исключительные права совершения ауспиций. Главная сторона империя — военная — была усилена вовлечением Рима в бесконечные войны V—IV вв. Все это привело к парадоксальной ситуации — империй не был уничтожен, даже не был реально ограничен во время борьбы патрициев и плебеев. Плебеи вели борьбу в двух направлениях: во-первых, добиться права стать носителями империя, а во-вторых, создать равные по силе защитные механизмы. Система апелляции (provocatio), трибунские права помощи (auxilium) и запрета (veto) призваны были держать в рамках применение империя, конечно, только в самом городе — сила империя за пределами города была абсолютной. Эта защита не ограничивала сам империй, но развитием равных по силе отрицающих форм косвенно подтверждала и заново укрепляла силу империя.

После 366 г. право плебеев обладать империем магистрата не ставится под сомнение. После 342 г. попытки вытеснения плебеев из консулата — важнейшей сферы империя — прекращаются.

В 342 г. плебисцит Луция Генуция запретил занятие консульского кресла чаще, чем один раз в 10 лет, чтобы предупредить опасность узурпации, а также чтобы дать возможность как можно большему числу римлян стать консулами. С 342 г. начинается решающий этап борьбы Рима за гегемонию во всей Италии, начинается эпоха принципиально иных и по масштабу и по значимости войн. А это влекло за собой почти постоянное нахождение консулов на театре военных действий, где их власть, их империй безграничен. С другой стороны, чем тяжелее война, тем больше славы полководцу-победителю, а следовательно, больше желание стать полководцем, то есть консулом или диктатором. Значение империя все возрастает. Таким образом, к началу III в. занятие должности — прежде всего консулата — становится для аристократа главным, если не единственным критерием его положения, репутации и даже самого аристократического статуса. Стремление к службе на благо родине, к получению все новых и новых honores становится целью жизни для нобиля.

Подобная идеология обязана своим возникновением плебеям, понимавшим, что стать элитой общества они смогут только через служение государству. IV в. являет нам многочисленные примеры блестящих военных и политических карьер плебеев. Среди них Гай Марций Рутил — консул 357, 352, 344, 342 гг., диктатор 356 г., цензор 351 г.; Квинт Публилий Филон — консул 339, 327, 320, 315 гг., диктатор 339 г., первый претор из плебеев (336 г.), цензор 322 г.; Публий Деций Мус — консул 312, 308, 297, 295 гг., цензор 304 г., обрекший себя на гибель ради победы римского войска в битве при Сентине (295 г.). Новая идеология нобилитета, в основе которой лежала никогда не прекращающаяся служба государству (res publica), была воспринята и многими патрициями. Это прежде всего герои Самнитских войн — Луций Папирий Курсор (консул 326, 320, 319, 315, 313 гг., диктатор 324 и 309 гг.) и Квинт Фабий Максим Руллиан (консул 322, 310, 308, 297, 295 гг., диктатор 315 г., цензор 304 г.). Именно эти и подобные им римляне и составили новую знать — нобилитет.