Древний Рим: Республика

Вторая Пуническая война

17. Окончание войны

О продолжении войны в данный момент нечего было и думать. Ганнибал понимал это лучше, чем кто-нибудь другой. Когда в карфагенском сенате Гисгон завел было речь о неприемлемости римских мирных условий, Ганнибал без церемоний стащил его с ораторской трибуны.

Условия, предъявленные победителем, были, разумеется, более тяжелыми, чем условия первого договора. Карфаген должен был потерять все внеафриканские владения. Он оставался независимым государством, но лишался права вести войну без разрешения римского народа. Масиниссе должны быть возвращены все владения как самого царя, так и его предков «в тех пределах, какие будут им указаны». Карфагеняне обязаны были возместить весь ущерб, причиненный во время нарушения перемирия прошлого года, возвратить всех пленных и перебежчиков, выдать все военные суда, за исключением 10 трехпалубников, равно как и всех слонов. Кроме этого, Карфаген обязывался содержать римские войска в Африке в течение 3 месяцев и выплатить контрибуцию в размере 10 тыс. талантов в течение 50 лет, внося ежегодно по 200 талантов. В обеспечение договора карфагеняне обязаны были дать 100 заложников по указанию Сципиона.

Условия были очень тяжелы, но они по крайней мере оставляли Карфагену государственную независимость, хотя и ущемляли его суверенитет (запрещение вести войны без разрешения Рима). Вот почему Ганнибал, который уже строил новые планы борьбы, категорически настаивал на принятии этих условий. Мирный договор, утвержденный карфагенским сенатом, был затем ратифицирован в Риме (201 г.). Сципион отпраздновал блестящий триумф и получил почетное прозвание Африканский.

Итак, Рим вторично победил Карфаген, победил его в основном по той же причине, что и в первый раз: федерация италийских полисов, обладавшая огромными людскими резервами, была сильнее колониального государства. Но во Второй Пунической войне были некоторые дополнительные условия, которые отсутствовали в Первой: Карфаген опирался на Испанию и имел вождя, равного которому не было в Риме. Кроме этого, главный фронт войны находился в Италии, и часть италиков поддержала карфагенян. Однако эти преимущества были парализованы другими моментами. Отдаленность Италии от карфагенских баз создавала растянутые коммуникации и крайне затрудняла доставку подкреплений. Центральная Италия осталась верной Риму и была тем почти неистощимым людским резервуаром, который отсутствовал у Ганнибала. Наконец, римляне, защищая свою родную землю, проявили высокий героизм и огромную выдержку. Армия же Ганнибала состояла главным образом из наемников, это была армия интервентов и, несмотря на все высокие качества ее вождя, была лишена той стойкости, которую дает сознание долга перед родиной.

Исторические последствия Второй Пунической войны были огромны. Сломив Карфаген, который стал теперь государством второго ранга и который никогда уже не смог оправиться, Рим не только выходил в первый ряд средиземноморских держав, но становился самой сильной из них. Все дальнейшие завоевания Рима были бы невозможны без победы во Второй Пунической войне.

Не менее значительны были ее результаты для внутренних отношений Италии. Юг страны, служивший ареной военных действий в течение 15 лет, был страшно разорен, что, как увидим ниже, сыграло известную роль в экономическом перевороте II в. Средняя Италия пострадала меньше, но и там колоссальная тяжесть войны не могла не ослабить мелкое крестьянское хозяйство. Политические следствия войны выразились в усилении власти Рима над италийской федерацией. Некоторые полисы за переход на сторону Ганнибала были наказаны лишением автономии и конфискацией земель (Капуя, Тарент). Некоторые племена Южной Италии, особенно упорно поддерживавшие карфагенян, например бруттии, были низведены до положения бесправных подданных. Вместо почетной службы в союзнических войсках они должны были исполнять обязанности прислуги при полководцах и магистратах, отправлявшихся в провинции. Но и, помимо этого, сам факт, что долгая и опасная война велась и была выиграна под руководством Рима, значительно повысил его политический авторитет в Италии. Италийская федерация, прошедшая огненное испытание войны, окрепла, сплотилась вокруг Рима и стала более централизованной.

Особое внимание нужно было обратить на Цизальпинскую Галлию, сыгравшую такую важную роль в походах Ганнибала и Гасдрубала. Бойи и инсубры, как мы знаем, перешли на сторону карфагенян, так что римляне лишились здесь всех своих владений, кроме Плаценции и Кремоны. Новое завоевание Галлии началось, по-видимому, еще до окончания Второй Пунической войны. Во время второй войны с Филиппом (см. ниже) галлы перешли в наступление, напав в 198 г. на Плаценцию и разрушив ее. Это заставило римлян развернуть в Галлии более энергичные действия. К 196 г. бойи и инсубры были окончательно покорены. Большая часть их была истреблена или изгнана, в их областях возникли римские колонии Бонония, Парма, Мутина и др. Почти одновременно с бойями и инсубрами были покорены лигуры.

Война с Ганнибалом в конечном счете привела к ослаблению римской демократии, усилив нобилитет и его органы — сенат и магистратуры. После того как в первые годы войны демократия потерпела ряд тяжелых поражений (гибель Фламиния, неудачная попытка двойной диктатуры при Фабии Максиме, разгром при Каннах), а военное положение стало чрезвычайно опасным, партийная борьба надолго прекратилась. Это использовал нобилитет для того, чтобы укрепить свои позиции. Война требовала концентрации власти, быстрых решений, опытного руководства. Естественно, что роль громоздкого народного собрания сходит почти на нет, фактически сводясь к утверждению решений, принятых сенатом. Причем чаще всего такие решения и не нуждались в утверждении, когда они принимали форму senatus consultum. Войной руководил сенат посредством высших магистратов cum imperio. Авторитет последних также вырос, что было естественным результатом длительного военного положения. Ежегодная смена магистратур плохо вязалась с военной обстановкой, поэтому мы иногда видим, что одно и то же лицо занимает консульскую должность два года подряд или с коротким перерывом. Так, например, Фабий Максим был консулом в 215, 214 и 209 гг., Клавдий Марцелл — в 215, 214, 210 и 208 гг. Входит в практику продление полномочий командующих посредством назначения их проконсулами или пропреторами (Сципионы — в Испании, Марцелл — в Сицилии). Это дает возможность увеличить количество командующих на разных фронтах. Личная власть высших военных командиров вырастает за счет ослабления принципа коллегиальности. Можно говорить даже о зародышах постоянной военной диктатуры, как она сложилась окончательно в I в. до н. э. Такую диктатуру отчасти напоминает власть Сципиона Африканского, который в течение 10 лет (210—201 гг.) фактически был главнокомандующим. С другой стороны, значение магистратов sine imperio (народных трибунов, цензоров) в течение войны сильно упало.

Необходимо также отметить значение войны для развития военного дела в Риме. Сципион в Испании ввел в своих войсках испанский меч, хорошо закаленный и пригодный одновременно и для рубки, и для колки. Из Испании этот меч перешел на вооружение всей римской армии. За время войны значительно усовершенствовалась римская тактика, причем многое здесь было заимствовано у Ганнибала: фланговые охваты, действия крупными конными массами. Выросло высшее полководческое искусство: умение руководить крупными войсковыми соединениями, координировать операции на различных фронтах; улучшилось интендантское дело.

Вторая Пуническая война стала, таким образом, прекрасной боевой школой для Рима. Он вышел из нее первоклассной военной державой, равной которой уже не было в районе Средиземного моря.